Христианство. >> Православие.  
 

 

Православие и современность. Электронная библиотека.Ахриепископ Аверкий (Таушев).

Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. Четвероевангелие.

© Holy Trinity Orthodox School, 2001.

 

Вторая Пасха

Исцеление расслабленного у овечьей купели

(Иоанн 5:1-16)

Об этом событии повествует только св. Иоанн, сообщающий в своем Евангелии о каждом приходе Господа в Иерусалим на праздники. В этом случае не совсем ясно, на какой именно праздник Иисус пришел в Иерусалим, но вероятнее всего, то была либо Пасха, либо Пятидесятница. Только в этом случае выходит, что общественное служение Господа продолжалось три с половиной года, как издревле принимала это св. Церковь, руководствуясь, именно, хронологией четвертого Евангелия. Так, около полугода прошло от крещения Господа до первой Пасхи, описываемой во 2-й главе, затем год — до второй Пасхи, упоминаемой в 5-й главе, еще один год — до третьей Пасхи, о которой сказано в 6-й главе, и еще один, третий, — до четвертой Пасхи, той, перед которой пострадал Господь.
У Овечьих ворот, названых так потому, что через них прогоняли к храму жертвенный скот, или потому, что возле них находился рынок, где продавали этих животных, на северо-восточной стороне городской стены, на пути через Кедрский поток в Гефсиманию и на Елеонскую гору, находилась купальня, называвшаяся по-еврейски — Вифезда, что значит"дом милосердия" или милости Божьей: вода в эту купальню собиралась из целительного источника. По свидетельству Евсевия, еще в пятом веке по Рождестве Христовом показывали пять портиков этой купальни. Целебный источник привлекал множество больных всякого рода. Однако, то не был обычный целебный источник: свою целительную силу он проявлял лишь по временам, когда в него сходил Ангел Господень, возмущая воду, и тогда мог исцелиться только тот, кто первый, сразу же по возмущении воды, входил в купель; по-видимому, вода только короткое время являла целебное свойство, а затем сразу теряла его.
Тут, у купальни, находился расслабленный, страдавший уже 38 лет и почти потерявший надежду когда-либо исцелиться. Тем более, как объяснил он Господу, не имея при себе помощника, был не в состоянии использовать силу чудесного источника, не имея сил передвигаться самостоятельно достаточно быстро, чтобы погрузиться в купель сразу, как вода начнет возмущаться. Смилостивившись, Господь мгновенно исцеляет несчастного одним Своим словом: "Встань, возьми постель твою и ходи". Этим Он показал превосходство Своей спасающей благодати перед средствами Ветхого Завета.
Но так как была суббота, то иудеи, под каким названием св. Иоанн подразумевает обычно фарисеев, саддукеев и иудейских старшин, враждебно относящихся к Господу Иисусу Христу, вместо того, чтобы порадоваться за несчастного, страдавшего столько времени, или удивиться чуду, возмутились тем, что бывший больной посмел нарушить заповедь о субботнем покое, нося свою постель и сделали ему замечание. Исцеленный, однако, не без некоторой дерзости начал оправдываться, что он только выполняет веление Того, Кто исцелил его и Кто, в его глазах, имел достаточно власти освободить его от соблюдения слишком мелочных постановлений о субботе. С оттенком презрения иудеи спрашивают бывшего больного, Кто же Тот Человек, Который осмелился разрешить ему нарушать общие правила?
Хорошо замечает по этому поводу блаж. Феофилакт: "Вот смысл злобы! Они не спрашивают, Кто исцелил его, но Кто повелел ему нести его постель. Интересуются не тем, что приводит к удивлению, но тем, что порицается". Хотя они и не знали наверняка, но вполне могли догадываться, что Исцелитель никто иной, как ненавистный им Иисус из Назарета, а потому даже не хотели и говорить о чуде. Исцеленный же не мог дать им ответа, ибо не знал Иисуса.
Вероятно, исцеленный вскоре пошел в храм, чтобы принести Богу благодарность за свое исцеление. Тут встретил его Иисус со знаменательными словами: "Вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобой чего хуже". Из этих слов особенно ясно видно, что болезнь постигает человека в наказание за его грехи, и Господь предостерегает исцеленного от повторения грехов, чтобы не постигло его еще большее наказание. Узнав своего Исцелителя, бывший больной пошел и объявил о Нем иудеям; не со злым намерением, конечно, а чтобы поднять авторитет Иисуса Христа. Это вызвало новый приступ злобы у иудеев, и они "искали убить Его за то, что Он делал такие дела в субботу".

О равенстве Отца и Сына

(Иоан. 5:17-47)

На замыслы иудеев убить Его за нарушение субботы Иисус отвечал им: "Отец Мой до ныне делает, и Я делаю". В этих словах содержится свидетельство Иисуса о Себе, как о единосущном Сыне Божьем. Все дальнейшие слова есть только развитие этой основной мысли ответа Господа иудеям, еще больше возжелавшим убить Иисуса за то, что Он называет себя Сыном Божьим: "Истинно говорю вам, Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего: ибо, что творит Он, то и Сын творит так же". Ему, как Сыну Божью, естественно следовать заповеди, данной Адаму и его потомкам, но по примеру Бога Отца. А Бог Отец хоть и почил на седьмой день, но от дел творения, а не от дел промышления. Правильно поняв из слов Господа то, что Он учит о Своем равенстве с Богом Отцом, иудеи вдвойне стали обвинять Его, достойного, по их мнению, смерти за нарушение субботы и богохульство. В ст. 19-20 раскрывается учение о единстве действий Отца и Сына, применительно к обычным представлениям о сыне, подражающем отцу, и об отце, любящем сына и обучающего его своим делам. В словах "Сын ничего не может творить Сам от Себя" нет ничего от арианства, а только лишь то, как говорит св. Златоуст, что Сын не делает ничего противного Отцу, ничего чуждого Ему, ничего несообразного, противного воле Отца. "И больше этих покажет дела так, что вы удивитесь", т.е. подобно Отцу Сын может не только расслабленного вылечить, но и умерших воскресить (5:21)
Сначала здесь идет речь о духовном воскресении, о пробуждении духовно мертвых к истинной, святой жизни в Боге, а затем и об общем телесном воскресении, и оба эти воскресения находятся в тесной внутренней связи между собой. Восприятие человеком истинной жизни, жизни духовной, есть начало его торжества над смертью. Как духовное расстройство может служить причиной смерти, так и истинная жизнь духа ведет к жизни вечной, побеждающей смерть, как неизбежное.
С духовным воскрешением Господь соединяет и другое Свое великое дело — суд. Здесь подразумевается, прежде всего, суд нравственный в настоящей жизни, который приведет в неизбежном итоге к последнему всеобщему Страшному Суду. Христос явился, как Жизнь и Свет, в духовно мертвый и погруженный в духовную тьму мир. Те, кто уверовал в Него, воскресли к новой жизни и сами стали светом; те же, кто отверг Его, остались в духовной смерти, в духовной тьме. Вот почему всю жизнь продолжается суд Сына Божья над людьми, который завершится в итоге последним уже Страшным Судом. И, таким образом, участь людей вечно находится во всецелой власти Сына Божья, и вот поэтому надлежит чтить Его так же, как и Отца, поскольку "кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца, пославшего Его". Стихи 24-29 содержат в себе дальнейшее изображение животворящей деятельности Сына Божья. Повиновение словам Спасителя и вера в Его посланничество есть главное условие для восприятия истинной жизни, в которой залог и телесного блаженного бессмертия. Слова "на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь" значат: не будет подвергнут суду. "Наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божья и, услышавши, оживут" — речь здесь опять-таки идет о духовном оживлении в результате проповеди Христа, так как Сын есть источник жизни, заимствованной Им от Отца (5:26). Сыну принадлежит и власть суда, потому что для этого Он и стал человеком, будучи по естеству Сыном Божьим (5:27). Эта власть Сына Божья, как Судии, завершится, в конце концов, всеобщим воскресением и праведным возмездием (5:28-29). Это будет праведный суд, поскольку он будет результатом полного согласия воли Судящего с волей Отца Небесного (5:30)
В стихах 31-39 Христос со всею решительностью свидетельствует о Своем Божественном достоинстве. При этом Он ссылается на свидетельство Иоанна Крестителя, которого очень уважали иудеи, но при этом говорит и о том, что у Него есть еще большее свидетельство, чем Иоанна: это свидетельство Его Бога Отца, свидетельство знамениями и чудесами, которые Сын Его совершает как бы по поручению Своего Отца, поскольку они входят в план по спасению людей, переданный Ему Отцом для исполнения. Бог Отец засвидетельствовал о Сыне Своем и в момент Его крещения, но еще большее свидетельство о Нем, как о Мессии, дал Он через пророков в ветхозаветном Священном Писании, а иудеи не внемлют этому Писанию, потому что Слово Божье не укоренилось в их сердцах, а потому и не пребывает там: они не слышат голоса Божья в Его писаниях и не видят лица Его в самооткровении там же. "Исследуйте писания, ибо вы думаете через них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют обо Мне". Далее Христос упрекает иудеев за их неверие, говоря при этом, что Он не нуждается во славе от них, поскольку не ищет славы от людей, но скорбит за них, потому что не веря в Него, как в Божья Посланника, они обнаруживают отсутствие в себе любви к Богу Отцу, пославшему Его. Так как они не любят Бога, то не принимают и Христа, пришедшего с Его повелениями, но когда придет другой, лжеименный мессия, со своим самоизмышленным учением, они примут его даже и без всяких знамений.
Со времен Христа у евреев насчитывается более 60 таких ложных мессий, а последним из них будет антихрист, которого евреи примут за своего ожидаемого Мессию. Причина неверия иудеев в том, что они ищут человеческой славы, и для них приятен не тот, кто обличает их, хотя бы он и имел на это право, а тот, кто прославляет их даже и без всякого на то права. В заключение Своей речи Господь лишает иудеев последних оснований, на которых они строили свои надежды. Он говорит, что никто иной, как Моисей, на которого они уповают, будет их обличителем на суде Божием. И он обвинит их в неверии во Христа, ибо он писал о Нем. Здесь подразумеваются, как прямые пророчества и обетования о Христе в книгах Моисеевых (Быт. 3:15, 12:3, 49:10; Втор. 18:15), так и весь закон, который был тенью грядущих благ в Царствии Христовом (Евр. 10:1) и пестуном (детоводителем) во Христа (Гал. 3:24)

Срывание колосьев в субботу

(Матф. 12:1-8; Марк. 2:23-28; Луки 6:1-5)

После этого Иисус ушел из Иудеи в Галилею. На обратном пути в Галилею, в одну из суббот, которую св. Лука называет субботой "первой на второй день Пасхи", то есть первой субботой после второго дня Пасхи. Господь проходил со Своими учениками через засеянные поля. Ученики, чувствуя голод, начали срывать колосья, растирали между руками и ели зерна. Это было дозволено законом Моисея, который запрещал только заносить серп на чужую ниву (Втор. 23:25). Но фарисеи и это почли нарушением субботнего покоя, не упустив случая упрекнуть Господа за то, что Он позволяет своим ученикам это делать. Чтобы защитить Своих учеников от нареканий, Господь указывает фарисеям на случай с Давидом, описываемый в 1-й книге Царств (21 гл.)
Давид, убегая от Саула, пришел в священнический город Номву и попросил священника Авимеллеха дать ему хлебов пять или что найдется, и тот дал ему прежние хлебы предложения, которые, по закону, могли быть съедены только священниками. Сила примера в том, что, если никто не осудил Давида за то, что он, мучимый голодом, ел эти хлебы, то и ученики Господа, не заслуживают осуждения за то, что они, служа Господу и не имея иногда времени даже поесть, застигнутые голодом в субботу, нарушили заповедь о субботнем покое в очень незначительной степени. Затем Господь открывает источник, из которого проистекало несправедливое осуждение учеников: это — ложное понимание требований закона Божья. Если бы фарисеи понимали, что сострадательная любовь к страждущему выше преданий и обычаев, то не судили бы невинных, срывающих колосья ради утоления голода.
Не человек создан для субботы, а суббота дана человеку для его пользы; а потому сам человек, а также сохранение его от смерти и истощения, важнее, чем закон о субботе. А то, что закон о субботе не является запрещением что-либо делать вообще, видно хотя бы из того, что в храме священники по субботам закалывают жертвенных животных, снимают с них шкуры, готовят их к принесению в жертву и сжигают. И они, однако, не виновны в нарушении субботнего покоя. А уж если невиновны служители храма в подобном нарушении, то тем более невиновны служители Того, Кто выше храма и Кто есть Господин и субботы, властный отменить субботу так же, как Он и установил ее.

Исцеление сухорукого

(Матф. 12:9-14; Марк. 3:1-6; Луки 6:6-11)

Этим исцелением Господь вновь возбудил негодование книжников и фарисеев, повсюду, видимо, сопровождавших Его с целью окончательно обличить Его в нарушении закона Моисея. Поставив фарисеям вопрос "кто из вас, имея одну овцу, если она в субботу упадет в яму, не возьмет ее и не вытащит?" (Матф. 12:11), Господь показал, что, по Его мнению, дела милосердия гораздо важнее, чем соблюдение закона о субботнем покое, и что, вообще, ради дела благотворения покой этот прерывать не только дозволительно, но и необходимо.

Господь избегает известности

(Матф. 12:15-21; Марк 3:7-12)

После удаления Господа из синагоги, в которой он исцелил сухорукого, за Ним последовало множество народа из Галилеи, Иудеи и даже из-за иорданских и языческих стран. Он совершил очень много чудесных исцелений, запрещая, однако, разглашать о Нем. В этом св. Матфей видит исполнение пророчества Исаии (42:1-4) о Возлюбленном Отроке Божием. В этом пророчестве, несомненно, относящемуся к Мессии, пророк прославляет кротость и смирение Христа. Приводя это пророчество, св. Матфей хочет показать евреям, что их представления о Мессии, как о земном царе-завоевателе, который возвеличит еврейское царство и будет внешним блеском и славой царствовать на престоле Давида, ложны, что ветхозаветные пророки возвещали о кротком и смиренном Мессии, Царство Которого будет не от мира сего, но Который, тем не менее, дарует закон язычникам и на Имя Которого будут уповать все народы.

Избрание Апостолов

(Матф. 10:2-4; Марк 3:13-19; Луки 6:12-19)

Пробыв всю ночь на горе (по мнению древних на горе Фавор), в молитве, несомненно, об утверждении основываемой Им Церкви, Господь призвал учеников Своих и избрал из их числа двенадцать, чтобы они постоянно находились при Нем и могли бы потом свидетельствовать о Нем. Это были как бы начальники будущих двенадцати колен Нового Израиля. Число 12 имеет в Священном Писании знаменательное значение, как произведение 3 и 4; три — вечно не созданное Существо Божье, а четыре — число мира, четыре стороны света. 12 обозначает проникновение человеческого и мирового Божественным. Три первых Евангелиста и книга Деяний дают нам имена всех 12-ти Апостолов. В этом списке замечательно то, что Апостолы разделены везде на три группы по четыре человека в каждой, при этом во главе каждой группы стоят одни и те же имена, и в составе их — одни и те же лица.
Вот имена Апостолов: 1) Симон-Петр, 2) Андрей, 3) Иаков, 4) Иоанн, 5) Филипп, 6) Варфоломей, 7) Фома, 8) Матфей, 9) Иаков Алфеев, 10) Левий (или Фаддей, как называли Иуду Иаковлева), 11) Симон Кананит (или Зилот), 12) Иуда Искариотский. Варфоломея Евангелист Иоанн называет Нафанаилом. Кананит — это перевод на еврейский греческого слова зилот, что значит ревнитель. Так называлась еврейская партия, ревностно ратовавшая за независимость еврейского государства. Слово искариот считают составным из двух слов: иш (муж) и Кариот (название города). Само слово апостол в переводе с греческого значит посланник, что соответствует назначению избранных — быть посланными на проповедь. Для большего успеха их проповеди Господь облек их властью исцелять болезни и изгонять бесов.

Нагорная проповедь

(Матф. 5-7 главы; Луки 6:12-49)

Полностью Нагорная проповедь изложена только у Евангелиста Матфея. В сокращенном варианте излагает ее св. Лука, у которого отдельные части Нагорной проповеди встречаются во всем его Евангелии. Нагорная проповедь замечательна тем, что содержит сущность евангельского учения.
Недалеко от Геннисаретского озера, между Капернаумом и Тивериадой, до сих пор показывают "гору блаженств", с которой, из-за многочисленности собравшегося народа, была произнесена Господом Нагорная проповедь. Гордый своим избранничеством и не желавший примириться с потерей своей самостоятельности, еврейский народ начал мечтать о таком Мессии, который освободит их от чужеземного владычества, отомстит всем врагам, воцарится над евреями и поработит для них все народы земли, а евреи получат сказочное благополучие: Он повелит морю выбрасывать жемчуг и все другие сокровища, оденет Свой народ в багряницу, украшенную драгоценностями, и будет питать их манной, еще более сладкой, чем та, какая была послана им в пустыне. С такими ложными мечтами о земном блаженстве, которое дарует им Мессия, евреи окружили Иисуса, ожидая, что вот-вот Он провозгласит себя Царем Израиля, и наступит тот блаженный, ожидаемый ими век. Они полагали, что наступает конец их страданиям и унижениям, и отныне все они будут счастливы и блаженны.

Заповеди блаженства

В ответ на эти мысли и чувства Господь раскрывает евреям Свое евангельское учение о блаженстве, разбивая их заблуждения в корне. Он учит здесь тому же, о чем говорил и Никодиму: нам необходимо переродиться духовно, чтобы создать на земле Царство Божье, этот потерянный людьми рай, и тем приготовить себе блаженство вечной жизни в Царствии Небесном. И первый шаг к тому — осознать свою духовную нищету, свой грех и ничтожество, смириться. Вот почему "Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное" (Матф. 5:3). Блаженны те, кто, видя и осознавая свои грехи, препятствующие им вступить в это Царство, плачут, потому что тогда у них есть возможность примириться со своей совестью и утешиться. Оплакивающие свои грехи доходят до такого внутреннего спокойствия, что становятся уже неспособными на кого-либо гневаться, делаются кроткими. Кроткие христиане, действительно, унаследовали землю, которой прежде владели язычники, но они унаследуют землю и в будущей жизни, новую землю, которая возникнет после разрушения этого тленного мира, "землю живых" (Исх. 26:13; Апок. 21:1). "Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся" (Матф. 5:6), то есть исполняющие во всем волю Божью достигнут той праведности и оправдания Божья, которое дает искреннее стремление во всем исполнять волю Божию. Милостивый Бог требует от людей милосердия — добродетели, которой достигают искренне стремящиеся жить по Его воле. Поэтому "Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут" (Матф. 5:7), помилованы Богом, как и наоборот: "Суд без милости не оказавшему милость" (Иаков 2:13). Искренние дела милосердия очищают человеческое сердце от всякой греховной нечистоты, а "чистые сердцем" своим духовным оком "Узрят Бога" (Матф. 5:8). Зрящие Бога стремятся подражать Ему, уподобляться Сыну Его, примирившему человека с Богом, принесшего мир, то есть спокойствие, человеческой душе. Зрящие Бога ненавидят вражду и поэтому становятся миротворцами, стремятся всюду водворить мир. Поэтому они и блаженны, поскольку "Будут наречены сынами Божьими" (Матф. 5:9). Достигшие такой духовной высоты должны быть готовы к тому, что этот греховный мир, мир, который "Лежит во зле" (1Иоан. 5:19), возненавидит их за ту правду Божью, носителями которой они являются, и начнет гнать их, поносить, злословить и всячески преследовать за их преданность Господу Иисусу Христу и Его Божественному учению. Тех, кто много претерпят здесь за Христа, ожидает великая награда на Небесах (Матф. 5:12)
Эти девять новозаветных заповедей, носящих название Заповедей блаженства, представляют собой как бы все Евангелие в сокращенном виде. Характерно их отличие от ветхозаветных десяти заповедей: в Ветхом Завете преимущественно рассматриваются внешние поступки человека и налагаются строгие запрещения в категорической форме, в Новом же Завете говорится больше о внутренней настроенности человеческой души и излагаются не требования, а лишь условия, при соблюдении которых достижимо вечное блаженство.
Евангелист Лука дополняет учение св. Матфея о блаженствах. Он приводит слова Господа Иисуса Христа, содержащие предостережения тем людям, которые видят блаженство лишь в упоении земными благами: "Горе вам, богатые! Ибо вы уже получили свое утешение" (Луки 6:24), — говорит Господь, противопоставляя им нищих духом. Здесь, конечно, имеются в виду не просто обладающие каким-либо земным богатством, а уповающие на него, гордые, превозносящиеся, относящиеся к другим с надменностью. "Горе вам, пресыщенные ныне! Ибо взалчете" (Луки 6:25) — в противоположность "Алчущим и жаждущим правды", эти люди не ищут правды Божьей, но вполне довольны своей лжеправдой. "Горе вам, смеющиеся ныне! Ибо восплачете и возрыдаете" (Луки 6:25), — здесь говорится о людях беспечных, легкомысленно относящихся к прожигаемой ими греховной жизни. Мир, лежащий во зле, любит тех, кто потворствует ему, тех, кто живет во грехе, а потому: "Горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо" (Луки 6:26), поскольку это — признак неблагополучия нравственного состояния.

Свет мира

Далее Господь говорит, что все Его последователи, исполняющие Его наставления, будут "Солью земли" (Матф. 5:13). Соль предохранят пищу от порчи, делает ее здоровой, приятной на вкус; так и христиане должны предохранять мир от нравственной порчи и способствовать его оздоровлению. Соль сообщает свои свойства всем веществам, с которыми близко соприкасается; так и христиане должны сообщать Дух Христов всем остальным людям, еще не ставшим христианами. Соль не изменяет сущности и внешнего вида вещества, в котором растворяется, а только придает свой вкус; так и христианство не производит какой-либо внешней ломки в человеке и человеческом обществе, но облагораживает душу человека и, через это, преображает всю его жизнь, придавая ей особый, христианский характер. "Если же соль потеряет силу, чем сделаешь ее соленою?" (Матф. 5:13). На Востоке, действительно, есть вид соли, которая под воздействием влаги, ветра и солнца теряет свой вкус. Такую соль уже ничем не восстановишь; так и те люди, кто, однажды вкусив благородного общения со Святым Духом, впал затем в непростительный грех, и они уже не способны обновиться духовно без особой помощи Божьей.
Свет мира — это, собственно, Господь Иисус Христос, но поскольку верующие в Него воспринимают этот свет и отражают его в мир, то и они являются "светом мира". Таковы Апостолы и их преемники, назначение которых в том и состоит, чтобы светить светом Христовым: пастыри святой Церкви. Они должны жить так, чтобы, видя их добрые дела, люди прославляли бы Бога.
Желая показать Свое отношение к ветхому закону, Господь предварительно успокаивает ревность иудеев по законе, подчеркивая, что Он не пришел нарушить закон, но исполнить его. Христос, действительно, пришел на землю для того, чтобы в Нем исполнилось все ветхозаветное Слово Божье, чтобы раскрыть, осуществить и утвердить всю силу закона и пророков, показать истинный дух и смысл Ветхого Завета. "Как Он исполнил закон? — спрашивает блаженный Феофилакт. — Во-первых, тем, что совершил все, предсказанное о Нем пророками. Он исполнил и все заповеди закона, поскольку не совершил беззакония, и не было лести в устах Его. Он исполнил закон и тем, что восполнил его, в совершенстве написав то, что в законе представляется лишь тенью". Он дал полное и глубокое понимание всех ветхозаветных заповедей, проповедуя о недостаточности лишь внешнего, формального подчинения закону. "Ни одна иота [самая малая по начертанию буква еврейского алфавита] или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все" (Матф. 5:18), — говорит Господь, подчеркивая, что и самое малое в законе Божием не останется без исполнения. Фарисеи же разделяли заповеди на большие и малые и не считали грехом нарушение "малых" заповедей, относя к ним, между прочим, заповеди о любви, милостыне и правосудии. "Кто нарушит из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царствии Небесном". По свойству греческого выражения, наречется малейшим, значит — будет отвержен и не войдет в Царствие Небесное. Праведность книжников и фарисеев характеризовалась лишь внешним исполнением требований и предписаний закона, притом, главным образом, мелочных; и поэтому праведность эта уживалась в их сердцах с самомнением, надменностью, без духа смирения и кроткой любви, и была наружной и лицемерной; под личиной ее могли гнездиться разные пороки и страсти, в чем Христос Спаситель неоднократно и с силою обличал их. От такой внешней, показной праведности Господь и предостерегает Своих последователей.

Две меры праведности

Далее, на протяжении всей 5-ой главы, начиная с 21-го стиха, св. Матфей повествует нам о том, как Господь свидетельствует, в чем именно пришел Он восполнить ветхозаветный закон: Он учит более глубокому и духовному пониманию и исполнению ветхозаветных заповедей. Мало не убивать человека только физически, нельзя убивать его также и морально, гневаясь напрасно на него: "Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: рака [пустой человек], подлежит синедриону [верховному судилищу]; а кто скажет безумный, подлежит геенне огненной" (Матф. 5:22). Здесь, применительно к еврейским представлениям, указывается различная степень греха гнева на своего ближнего. Обычный городской суд ведал преступлениями меньшей тяжести, чем Великий Синедрион — высшее судилище, находящееся в Иерусалиме и состоящее из 72-х членов под председательством первосвященника. Назвать человека рака, значило — выказать ему свое презрение, а сказать кому-либо безумный, значило выразить ближнему крайнюю степень презрения или пренебрежения: так называли не только глупого, но и нечестивого, бессовестного человека. Наказание же за эту крайнюю степень гнева — "геенна огненная" (так называлась долина Эннома, находящаяся к юго-западу от Иерусалима, где при нечестивых царях совершалось отвратительное служение Молоху (4 Цар. 16:3; Парал. 28:3), где проводили юношей через огонь и приносили в жертву младенцев. Долина эта после прекращения идолопоклонства сделалась предметом ужаса и отвращения. Туда стали свозить из Иерусалима нечистоты и трупы, оставшиеся без погребения; там же совершались иногда и смертные казни; воздух в этой долине был так заражен, что для очищения его там постоянно поддерживали живой огонь. Поэтому место это, страшное и отвратительное, прозванное долиной огненной, стало служить образом вечных мучений грешников.
Кротость и любовь христианина к ближнему должна простираться до того, чтобы не только самому не гневаться ни на кого, но и ничем не вызывать гнева против себя со стороны ближнего с недобрым, разумеется, чувством. Это мешает приносить Богу молитвы с чистой совестью, а потому надо спешить помириться с братом до молитвы. Применительно к римскому судопроизводству, согласно которому заимодавец мог силой вести своего должника к судье, обиженный нами брат называется нашим соперником, с которым мы должны помириться, находясь еще "на пути" этой земной жизни, чтобы он не отдал нас Судье-Богу, и мы не понесли бы заслуженного возмездия. Так св. Апостол Павел торопил обидчика мириться с обиженным, говоря: "Солнце да не зайдет во гневе вашем" (Ефес. 4:26)
Точно так же недостаточно чисто внешне исполнять 7-ю заповедь закона Божья: "Не прелюбодействуй!" ограждая себя от греха лишь физически. Господь учит, что не только действие, но и мысль, внутреннее вожделение или вожделенный взгляд на женщину — уже преступление. "Любодействует с женою в сердце тот, — говорит св. Афанасий Великий, — кто согласен на дело, но препятствием ему или место, или время или страх перед законом". Не всякий взгляд на женщину — грех, но взгляд с желанием совершить грех прелюбодеяния. В таких случаях надо проявлять всю решимость к пресечению соблазна, чтобы не пожалеть самого дорогого, чем являются для человека члены его тела: глаз или рука. В данном случае и глаз, и рука указаны Господом, как символ всего драгоценного для нас, чем мы должны пожертвовать ради того, чтобы искоренить страсть и избежать греха.
В связи и этим, Господь запрещает мужу разводиться с женой, "Кроме вины любодеяния", то есть, если она была уличена в прелюбодействии. Ветхозаветный закон Моисея (Втор. 24:1-2) разрешает мужу развестись со своей женой, дав ей разводное письмо, некое письменное свидетельство, что она была его женой, и что он отпускает ее от себя по такой-то причине. Положение женщины было тогда тяжелым.
У Евангелиста Марка (10:2-12) Господь говорит, что разрешение разводиться с женой, дано Моисеем евреям "по жестокосердию" их, но изначально было так: "Что Бог сочетал, того человек да не разлучает" (Марк. 10:9). Брак может быть расторгнут сам собой только в случае прелюбодеяния одного из супругов. Но если "Кто разводится с женою своею, кроме вины любодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать"; а равно прелюбодействует и тот, кто "женится на разведенной" (Матф. 5:32)
Ветхозаветный закон запрещает употреблять клятву именем Божьим в делах пустых, тем более, во лжи. Третья заповедь закона Божья запрещает упоминание имени Божья всуе, запрещает всякое легкомысленное отношение к клятве именем Божьим. Современные Господу Иисусу Христу иудеи, желая буквально исполнить эту заповедь, вместо этого клялись небом и землей, Иерусалимом, своей головой, и, таким образом, не упоминая имени Бога, все же клялись Им и всуе, и во лжи. Эти-то клятвы и запрещает Господь Иисус Христос, поскольку абсолютно все сотворено Богом, и клясться Его творением все равно, что клясться Творцом, и клясться во лжи все равно, что оскорблять святость клятвы. Христианин должен быть настолько честным и правдивым, чтобы ему верили по одному только его собственному слову, без какой-либо божбы. Но этим, отнюдь, не запрещается законная присяга или клятва в важных делах. Сам Господь Иисус Христос утвердил клятву на суд, когда на слова первосвященника "Заклинаю Тебя Богом Живым" ответил: "Ты сказал", так как такова была у евреев форма судебной присяги (Матф. 26:63-64). И ап. Павел клянется, призывая Бога в свидетели своих слов (Рим. 1:9, 9:1; 2 Кор. 1:23, 2:17; Гал. 1:20 и др). Запрещена клятва пустая, легкомысленная.
В древности месть была настолько общеупотребительна, что необходимо было хоть как-то умерить ее проявления, что, в общем-то, и делал ветхозаветный закон. Но Христос Своим новым законом и вовсе запрещает месть в любом ее виде, проповедуя любовь к врагам. Однако, изречение "не противься злому" (Матф. 5:39) нельзя понимать в смысле непротивления злу, как это делает Лев Толстой и подобные ему лжеучителя. Господь запрещает восставать на человека, причинившего зло, с ответной злобой, но ко всякому злу, как к таковому, христианин должен быть абсолютно непримиримым и должен бороться со злом всеми доступными ему мерами, ни под каким предлогом не допуская зла в свое собственное сердце. Не стоит также буквально понимать слова "кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую" (Матф. 5:39), поскольку мы знаем, что Сам Христос поступил совершенно иначе на допросе у первосвященника Анны, когда один из служителей ударил Его по щеке (Иоан. 18:22-23). Запрещается злое чувство мстительности, но не борьба со злом. И не только творящих зло, но и обидчиков своих должны мы стараться исправить, о чем в Евангелии от Матфея (18:15-18) есть прямая заповедь Господа. Запрещается сутяжничество и, наоборот, предписывается удовлетворение нужд ближнего: "Просящему у тебя дай и от хотящего занять у тебя не отвращайся". Само собой, эта заповедь исключает те случаи, когда помочь просящему не только не полезно, но и вредно; истинная христианская любовь к ближнему — это, например, не разрешить убийце взять нож или не допустить до яда желающего лишить себя жизни.
В Ветхом Завете нет заповеди "Ненавидь врага твоего!" по-видимому, иудеи сами извлекли себе ее из заповеди о любви к ближнему, поскольку за ближних они почитали только тех людей, кто был близок по вере, по происхождению или по взаимным услугам. Остальные же, то есть иноверцы, иноплеменники или люди, выказавшие как-либо злобу, считались врагами, любовь к которым считалась неуместной. Христос же заповедал: как Отец наш Небесный, чуждый гнева и ненависти к кому-либо, любит всех людей, даже злых и неправедных, как детей Своих, так и мы, желающие быть достойными сынами Отца Небесного, любили бы всех, даже врагов своих. Господь желает, чтобы Его последователи были бы выше язычников и иудеев в нравственном отношении. Их любовь к другим основана, в сущности, на себялюбии. Любовь же ради Бога, ради заповеди Божьей достойна награды, но любовь по естественной склонности или же ради выгоды награды не заслуживает и не может заслужить. Восходя так все выше и выше по лестнице христианского совершенства, христианин дойдет, наконец, до высочайшей и труднейшей, невозможной для не возрожденного человека, любви к врагам, заповедью о которой и заключает Господь первую часть Своей Нагорной проповеди. И желая показать, насколько исполнение этой заповеди приближает слабого и несовершенного человека к Богу, Он подтверждает, что идеал христианина — это Бог: "Будьте совершенны, как совершенен Отец наш Небесный" (Матф. 5:48). Это вполне согласно с Божественным планом, выраженном еще при сотворении человека: "И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, и по подобию Нашему" (Быт. 1:26). Божественная святость для нас недостижима, и потому здесь — неравенство между нами и Богом, но имеется в виду некое внутреннее уподобление, постепенное приближение человеческой души к ее Первообразу при помощи благодати.

Главное — угождать Богу

2. Вторая часть Нагорной проповеди, описанная в 6-й главе Евангелия от Матфея, излагает учение Господа о милостыне, молитве и о посте, а также увещевание человеку стремиться к главной цели своей жизни — к Царствию Божью. Предупредив Своих учеников, что они должны и что не должны делать, чтобы достигнуть блаженства, Господь перешел затем к вопросу о том, как именно нужно делать то, что Он заповедал. Ни дела милосердия, ни почитание Бога, каковыми являются в частности пост и молитва, не должны быть исполнены напоказ, ради славы среди людей, так как в этом случае лишь людская похвала и будет нашей единственной наградой. Тщеславие, как моль, съедает все добрые дела, а потому лучше творить их тайно, чтобы не лишиться награды от Отца нашего Небесного. Естественно, следует подавать милостыню, но нужно делать это без цели обратить на себя внимание, ища похвалы от людей. Не запрещается молиться в храмах, но запрещается молиться намеренно, напоказ. Можно, по мысли св. Златоуста, и в закрытой комнате молиться по тщеславию, и тогда "затворенные двери не принесут никакой пользы".
Под многословием в молитве понимается мнение язычников о молитве, как о заклинании, которое, повторенное много раз, может оказать действие. Мы молимся не потому, что Бог не знает наших нужд, а единственно для того, чтобы очистить наше сердце и стать достойными Божьих милостей, вступив духом своим во внутреннее общение с Богом. Это-то общение с Богом и есть цель молитвы, достижение чего не зависит от количества произнесенных слов. Порицая многословие, Господь в то же время заповедует непрестанные молитвы, уча, что молиться нужно всегда и не унывать (Луки 18:1), Сам же проводя ночи в молитве. Молитва должна быть разумной: мы должны обращаться к Богу с такими просьбами, которые достойны Его и исполнение которых спасительно для нас. Уча нас такой молитве, Господь дает, в качестве образца, молитву "Отче наш", получившей за это название Господней молитвы.

Молитва "Отче наш"

Эта молитва, отнюдь, не исключает собой и других молитв, — Сам Господь молился, используя другие молитвы (Иоан. 17). Называя Бога нашим Отцом, мы сознаем себя Его детьми, а в отношении друг к другу — братьями, и молимся не только от себя и за себя, но и  от всех лиц, всего человечества. Произнося слова "Сущий на Небесах", мы отрешаемся от всего земного и возносимся умом и сердцем в мир горний. "Да святится Имя Твое" значит: Да будет Имя Твое свято для всех людей, да прославляют все люди и словами, и делами своими Имя Божье. "Да придет Царство Твое" — то есть Царство Мессии Христа, о котором мечтали иудеи, неправильно, правда, представляя себе это Царство; но здесь мы молимся, чтобы Господь воцарился в душах всех людей и после этой временной земной жизни сподобил бы нас жизни вечной и блаженной, в общении с Ним. "Да будет воля Твоя и на земле, как на небе" — то есть пусть все свершается по всеблагой и премудрой воле Божьей и пусть мы, люди, так же охотно исполняем волю Божью на земле, как исполняют ее ангелы на небе. "Хлеб наш насущный дай нам на сей день" — значит, дай нам на сегодня все, что необходимо для тела; что будет с нами завтра, мы не знаем, мы нуждаемся только в "насущном". то есть ежедневном, необходимом для поддержания нашего существования. "И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим" — эти слова поясняются св. Лукой в его Евангелии (11:4) так: "И прости нам грехи наши". Грехи — это наши долги, потому что, греша, не исполняем мы должного, а потому становимся должны Богу и людям. Под долгами следует также понимать всё то доброе, что мы могли бы сделать, но не сделали — по своей лени или самолюбию. Таким образом, понятие долги шире понятия грехов, как прямых нарушений нравственного закона. Просьба о прощении долгов с особой силой внушает нам необходимость прощать нашим ближним все причиненные нам обиды, поскольку, не прощая другим, мы не смеем просить Бога о прощении наших долгов перед Ним и не смеем молиться словами молитвы Господней.
"И не введи нас во искушение" — здесь мы просим Бога оградить нас от падения, если испытание наших нравственных сил неизбежно и необходимо. "Но избавь нас от лукавого" — от всякого зла и от виновника его — дьявола. Молитва заканчивается уверенностью в исполнении просимого, так как все в этом мире Богу принадлежит: вечное царство, бесконечное могущество и слава. В переводе с еврейского слово "Аминь" означает "Так, действительно, истинно, да будет". Оно произносилось молящимися в синагогах в подтверждение молитвы, произнесенной старшим.
Учение Господа о посте, который тоже должен быть исполнен для Бога, а не для похвалы людской, ясно свидетельствует о том, насколько неправы те, кто говорит, будто Господь не предписывал Своим последователям поститься. Постясь же, не следует так изменять своего наружного вида, чтобы этим привлекать к себе внимание, а появляться перед людьми таким же, как и всегда; на Востоке было принято, совершив мытье тела, умащиваться маслом, особенно — голову; фарисеи же в дни поста не умывались, не расчесывали волос и не мазали их маслом, привлекая к себе всеобщее внимание своим необычным видом, что и порицает Господь.

Вечное сокровище

С 19-го стиха 6-й главы св. Матфей описывает в своем Евангелии то, как Господь учит нас искать, прежде всего, Царствия Божья и не отвлекаться от этого искания другими заботами, — не заботиться о приобретении земных, недолговечных, сокровищ, которые легко подвергаются порче и уничтожению. Имеющий подобное сокровище постоянно пребывает с ним своими мыслями, желаниями и чувствами; поэтому христианину, который должен быть всем сердцем своим на небе, не нужно увлекаться земными стяжаниями, но стремиться к приобретению небесных сокровищ, чем являются добродетели. Для этого необходимо беречь сердце свое, как зеницу ока. Мы должны оберегать сердце свое от земных страстей, чтобы оно оставалось чистым и не переставало быть для нас проводником духовного, небесного света, как глаза являются проводником света физического. Тот, кто намерен служить одновременно и Богу, и Маммоне (Маммона — сирское божество, покровитель земных богатств; олицетворение земных сокровищ), подобен желающему угодить сразу двум господам, имеющим разные, до противоположности, характеры и предъявляющим разные, до той же противоположности, требования; и в этом случае, одного он "Будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть" (Матф. 6:24)
Господь ведет нас к небесному и вечному, а богатство — к земному и тленному, поэтому, чтобы избежать такой двойственности, мешающей делу вечного спасения, необходимо отказаться от чрезмерных и излишних, беспокойных и томительных забот о пище, питье и одежде — тех забот, которые поглощают все наше время и внимание и отвлекают нас от забот о спасении души. Ведь если Бог так заботится о неразумной твари, давая пищу птицам и роскошно одевая полевые цветы, то тем более не оставит Он без всего необходимого и человека, созданного по образу Божью и призванного быть наследником Его Царства. Вся наша жизнь в руках Божьих и не зависит от наших попечений: можем ли мы, например, сами прибавить себе росту хотя бы на один локоть? Однако, все это, отнюдь, не значить, что стоит оставить все заботы вообще и предаться праздности, как истолковывали это место Нагорной проповеди некоторые еретики. Труд заповедан человеку Богом еще в раю, до грехопадения (Быт. 2:15), что подтверждено вновь при изгнании Адама из рая (3:19). Осуждается не труд, а чрезмерная и гнетущая забота о будущем, о завтрашнем дне, который не в нашей власти и до которого еще надо дожить. Указана лишь степень ценностей: "Ищите же прежде Царства Божья и правды Его", и в награду за это Господь Сам позаботится о нас, чтобы мы имели все необходимое для земной жизни, и мысль об этом не должна мучить и угнетать нас, как неверующих язычников. Эта часть Нагорной проповеди (Матф. 6:25-34) представляет нам замечательную картину Промысла Божья, пекущегося о Свой твари. "Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем" — то есть завтрашний день не в нашей власти, чтобы мы заботились о нем, поскольку даже не знаем, что принесет он с собой: может быть, такие заботы, о которых мы не думаем и не думали.

Не осуждай

3. Третья часть Нагорной проповедь, заключенная в 7-й главе Евангелия от Матфея, учит нас не осуждать ближних, охранять святыню от поругания, о постоянстве в молитве, о широком и тесном путях, о лжепророках, об истинной и ложной мудрости.
"Не судите, да не судимы будете" — эти слова у Евангелиста Луки переданы так: "Не осуждайте и не будете осуждены" (6:37). Запрещается не суждение о ближнем, аосуждение его, в смысле пересудов, происходящих, по большей части, из каких-то самолюбивых и нечистых побуждений, из тщеславия, гордости; запрещается злословие, злоязычие, злобное порицание чужих недостатков, проистекающее от чувства нелюбви и недоброжелательности к ближнему. Если бы здесь запрещалось вообще всякое суждение о ближнем и о его поступках, тогда Господь не говорил бы дальше: "Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями" (Матф. 7:6); и не смогли бы христиане исполнять своей обязанности — обличать и вразумлять грешащих, что предписывается Самим Господом в 15-17 стихах 18-й главы Евангелия от Матфея. Запрещается злое чувство, злорадство, но, не сама по себе оценка поступков ближнего, поскольку, не замечая зла, мы бы легко могли начать и к добру относиться безразлично, потеряли бы чувство различия между добром и злом.
Вот как говорит об этом св. Златоуст: "Если кто-то прелюбодействует, неужели я не должен сказать ему, что прелюбодеяние — зло, и неужели я не должен исправить распутника? Исправь, но не как враг, подвергая его наказанию, а как врач, предлагающий лекарство. Надо не порицать, не поносить, но вразумлять; не обвинять, но сетовать; не с гордостью нападать, но с любовью исправлять" (Беседа 23-я). Христос запрещает порицать людей за их недостатки, не замечая своих собственных и, возможно, еще больших недостатков. Но тут нет речи о гражданском суде, как хотят показать это некоторые лжеучителя, и нет также речи и об оценке поступков человека вообще. Господь имел в виду гордых, самомнительных фарисеев, которые с немилосердным осуждением относились к другим людям, считая праведниками только себя. Сразу же после этого Господь предостерегает Своих учеников от проповеди Своего учения, этого подлинного жемчуга, тем людям, которые, подобно псам или свиньям, неспособны оценить его по своему крайнему окостенению во зле и которые, глубоко погрязнув в разврате, пороках и злодеяниях, с ожесточением и злобой относятся ко всякому добру.

Постоянство в молитве

Далее сказано: "Просите, и дано будет вам", Господь учит постоянству, терпению и усердию в молитве. Истинный христианин, помнящий наставление Господа "Ищите же прежде Царства Божья и правды Его" не станет домогаться получения чего-либо суетного, вредного для спасения души, а потому может быть уверен, что по молитве его данои отворено будет ему, как обещает Господь тому, кто будет усердно молиться. Ев. Матфей (7:11) говорит: "Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него"; а св. Лука словами: "Даст Духа Святого просящим у Него" разъясняет, какие именно блага, о которых должно и нужно просить. Отец не даст сыну вредного, а потому и Господь дает человеку только то, что является подлинным благом для него.

В заключение наставлений о нашем отношении к другим людям Господь изрекает правило, которое называют золотым: "Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними". В этом правиле — "Закон и пророки" (Матф. 7:12), поскольку любовь к людям есть отражение любви к Богу, как любовь к братьям есть отражение любви к родителям.

Узкий путь

Христос предупреждает, что следование Его заповедям не так легко, это — "путь тесный" и "врата узкие" (Матф. 7:14), но зато они вводят в вечную и блаженную жизнь, в то время как путь широкий и пространный, привлекательный для тех, кто не любит бороться со своими греховными страстями, ведет к погибели.

О ложных пророках

В конце Своей Нагорной беседы Господь предостерегает верующих против лжепророков, уподобляя их волкам в овечьей одежде. "Псы" и "свиньи", о которых Господь только что говорил, не столь опасны верующим, как ложные пророки, потому что их порочный образ жизни очевиден и может только от них оттолкнуть. Лжеучители ложь выдают за истину и свои правила жизни за Божественные. Надо быть очень чутким и мудрым, чтобы увидеть, какую духовную опасность они представляют.
Это сравнение лжепророков с волками, притворяющимися овцами, было очень убедительно для евреев, слушающих Христа, потому что на протяжении своей многовековой истории этот народ претерпел много бедствий от ложных пророков.
На фоне лжепророков добродетели истинных пророков были особенно очевидны. Истинные пророки отличались бескорыстием, послушанием Богу, бесстрашным обличением людских грехов, глубоким смирением, любовью, строгостью к себе и чистотой жизни. Они ставили себе целью привлекать людей к Царству Божию и были созидающим и объединяющим началом в жизни своего народа. Хотя истинные пророки нередко бывали отвергаемы широкой массой современников и преследуемы людьми, стоящими у кормила власти, их деятельность оздоровляла общество, воодушевляла на добродетельную жизнь и подвиг лучших сынов еврейского народа, одним словом — вела к славе Божией. Такие добрые плоды приносила деятельность истинных пророков, которыми восхищались верующие евреи последующих поколений. С благодарностью они вспоминали пророков Моисея, Самуила, Давида, Илию, Елисея, Исаию, Иеремию, Даниила и других.
Совсем другой образ действий и другие цели преследовали самозваные пророки, которых было немало. Избегая обличений грехов, они умело льстили людям, чем обеспечивали себе успех среди народной массы и милость сильных мира сего. Обещаниями благоденствия они усыпляли народную совесть, что вело к нравственному разложению общества. В то время как истинные пророки делали все для блага и единства Царства Божия, лжепророки искали личной славы и пользы. Они не брезговали клеветой против истинных пророков и преследовали их. В конечном итоге их деятельность способствовала гибели государства. Таковы были духовные и социальные плоды деятельности лжепророков. Но скороспелая слава лжепророков истлевала быстрее их бренных тел, и евреи последующих поколений со стыдом вспоминали, как их предки поддались обольщению (Св. пророк Иеремия в своем "Плаче" горько жалуется на лжепророков, которые погубили еврейский народ, см. Плач. 4:13)
В периоды духовного упадка, когда Бог посылал истинных пророков, чтобы направить евреев на добрый путь, одновременно появлялось среди них и большое количество самозваных пророков. Так, например, их особенно много проповедовало от 8-го до 6-го столетия до Р. Хр., когда погибли Израильское и Иудейское царства, потом — перед разрушением Иерусалима, в семидесятых годах нашей эры. Согласно предсказанию Спасителя и апостолов, много лжепророков придет перед концом мира, некоторые из которых даже произведут поразительные чудеса и знамения в природе (конечно, ложные) (Мт. 24:11-24; 2 Пет. 2:11; 2 Фес. 2:9; От. 19:20). Как в ветхозаветное, так и в новозаветное время ложные пророки причиняли много вреда Церкви. В ветхозаветное —- они усыплением народной совести ускоряли процесс нравственного разложения, в новозаветное — отводом людей от истины и насаждением ересей они отрывали ветви великого дерева Царства Божия. Современное обилие всевозможных сект и "деноминаций" есть, несомненно, плод деятельности современных лжепророков. Все секты рано или поздно исчезают, на их месте прозябают другие, только истинная Церковь Христова пребудет до конца мира. О судьбе ложных учений Господь сказал: "Всякое растение, которое не Отец Мой Небесный насадил, искоренится" (Мт. 15:13)
Надо пояснить, что будет преувеличением и натяжкой каждого современного пастора или неправославного проповедника причислять к лжепророкам. Ведь, несомненно, что среди инославных религиозных деятелей есть много искренне верующих, глубоко жертвенных и порядочных людей. Они принадлежат к той или иной ветви христианства не по объективному выбору, но по наследству. Лжепророки — это именно основатели неправославных религиозных течений. Лжепророками еще могут быть названы современные телевизионные "чудотворцы", экзальтированные бесовские заклинатели и самовлюбленные проповедники, выдающие себя за Божьих избранников, и все те, которые обратили религию в орудие личной наживы.
В Нагорной Проповеди Господь предостерегает Своих последователей от ложных пророков и учит не доверять их внешней привлекательности и красноречию, но обращать внимание на "плоды" их деятельности: "Не может дерево худое приносить плоды добрые … ибо дерево худое приносит и плоды худые". Под худыми "плодами" или делами не обязательно понимать грехи и гнусные поступки, которые лжепророки умело скрывают. Вредными плодами деятельности всех лжепророков, общими для всех них, являются гордость и отторжение людей от Царства Божия.
Не может лжепророк скрыть свою гордость от чуткого сердца верующего человека. Один святой сказал, что дьявол может показывать вид любой добродетели, кроме одной — смирения. Как волчьи зубы из-под овечьей шкуры, так и гордость проглядывает в словах, жестах и взоре лжепророка. Ищущие популярности лжеучители любят напоказ, при большой аудитории совершать "исцеления" или "изгнания" бесов, поражать слушателей смелыми мыслями, вызывать у публики восторг. Их выступления неизменно завершаются крупными денежными сборами. Как далек этот дешевый пафос и самоуверенность от кроткого и смиренного образа Спасителя и Его Апостолов!
Господь далее приводит ссылки лжепророков на свои чудеса: "Многие скажут Мне в этот день (суда): Господи, Господи, не от Твоего ли Имени мы пророчествовали? И не Твоим ли Именем бесов изгоняли? И не Твоим ли Именем многие чудеса творили?" О каких чудесах они говорят? Может ли ложный пророк совершить чудо? Нет! Но Господь посылает Свою помощь по вере просящего, а не по заслугам человека, выдающего себя за чудотворца. Лжепророки же приписали себе дела, которые совершал Господь по Своему состраданию к людям. Возможно также, что лжепророки в своем самообольщении, мнили, что они совершают чудеса. Так или иначе, Господь на всемирном суде отвергнет их, сказав: "Отойдите от Меня, делающие беззаконие! Я никогда не знал вас!"
Итак, хотя лжепророки ослабляют Церковь, отторгая от нее неосторожных овец, верные чада Церкви не должны смущаться малолюдностью и кажущейся слабостью истинной Церкви, потому что Господь отдает предпочтение малому количеству людей, хранящих истину, многолюдству заблуждающихся:— "Не бойся малое стадо, ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство!" и обещает верным Свою Божественную защиту от духовных волков, говоря: "Я им дам жизнь вечную, и не погибнут во век; и никто не похитит их из руки Моей" (Лк. 12:32, Ион. 10:28)

Итак, лжеучителей можно распознатьпо их жизни и делам. Как бы против современных сектантов, проповедующих оправдание человека одной только верой, без добрых дел, направлены и дальнейшие слова Господа: "Не всякий, говорящий мне: ‘Господи! Господи!’ войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного" (Матф. 7:21). Отсюда ясно видно, что мало одной веры в Господа Иисуса Христа, но нужна также и жизнь, соответствующая вере, то есть исполнение заповедей Христа, добрые дела. Вначале проповеди христианства многие, действительно, творили чудеса Именем Христа, даже Иуда, получивший эту власть наравне с 12-ю Апостолами, но это не спасает, если человек не заботится об исполнении заповедей Божьих.
Ту же мысль Господь повторяет и в заключение всей Своей Нагорной проповеди: тот, кто только слушает слова Христовы, но не исполняет их, не творит добрых дел, подобен человеку, построившему дом свой на песке, тогда как исполняющий заветы Христа на деле подобен построившему дом на камне. Подобное сравнение было близко, и потому — понятно иудеям, поскольку в Палестине частые проливные дожди были обычным явлением, они сопровождались бурями и сносили дома, возведенные на песчаном грунте. Только исполняющий на деле заповеди Христа может устоять в час нашествия на него, подобных бурям тяжких искушений. Не исполняющий эти заповеди легко впадает в отчаяние и погибает, отрекаясь от Христа; поэтому Церковь наша в своих песнопениях и просит Христа утвердить нас на "камне заповедей Его".
Евангелист Матфей заканчивает повествование о Нагорной проповеди свидетельством о том, что народ дивился новому учению, поскольку Господь учил их как власть имущий, а не как книжники и фарисеи. Учение фарисеев, в большей части, состояло из мелочей, из бесполезных словоизлияний и словопрений; учение же Иисуса Христа было просто и возвышено, так как Он говорил от Себя лично, как Сын Божий: "А Я говорю вам"... — в этих словах ясно чувствуется Его Божественная власть и сила.

Исцеление прокаженного

(Матф. 8:1-4)

Когда Господь Иисус Христос сошел после Своей проповеди с горы, за Ним последовало множество слушавших Его и, несомненно, глубоко потрясенных. И вот к Нему вновь, как это было уже однажды, о чем повествуют Евангелисты Марк (1:40-45) и Лука (5:12-16), подошел прокаженный, прося об избавлении от ужасной болезни. Конечно, это был далеко не единичный случай исцеления прокаженных, принимая во внимание то множество чудесных исцелений, которые вообще совершил Господь за время Своего общественного служения людям. Неудивительно и то, что этот случай описан весьма сходно с первым; неудивительно также, что и этому прокаженному Господь велел явиться к священнику для того, чтобы тот, согласно предписанию закона Моисея, официально засвидетельствовал бы факт исцеления, без чего бывший прокаженный не смог бы возвратиться опять в общество здоровых людей: все бы боялись и сторонились, зная его, как больного страшной и заразной проказой. Господь приказал бывшему больному молчать об исцелении, но немедленно идти к священнику и показаться ему.
Некоторые толкователи полагают, что если бы исцеленный не пошел сразу в Иерусалим к священнику, а стал бы разглашать повсюду о совершенном над ним чуде, то молва об исцелении могла бы дойти до Иерусалима раньше его прихода, и тогда бы священники, враждебно относящиеся к Господу, стали бы утверждать, будто исцеленный и не был никогда болен.

Исцеление слуги капернаумского сотника

(Матф. 8:5-13; Луки 7:1-10)

После этого Господь пошел в Капернаум, где еще раз совершил чудо заочного исцеления слуги римского сотника, стоявшего, по-видимому, во главе римского воинского гарнизона из сотни воинов. Военные гарнизоны римлян стояли тогда на страже в некоторых городах Палестины, подвластной Римской Империи. Сотник этот был язычником по рождению, но был расположен к иудейской религии, доказательством чему служит построенная им синагога. Слуга его, по св. Матфею, жестоко страдал расслаблением, а по св. Луке, даже находился при смерти. Св. Лука рассказывает об этом случае более подробно.
Сотник послал к Иисусу сначала иудейских старейшин с просьбой прийти и исцелить его слугу. Затем послал он своих друзей, после чего, как описывает св. Матфей, и сам вышел навстречу подходившему к его дому Господу. В словах его "Не трудись, Господи! Ибо я не  достоин, чтобы Ты вошел под кров мой; потому и себя самого не почел я достойным придти к тебе; но скажи слово и выздоровеет слуга мой" (Луки 7:6-7) звучит столь необычная для язычника вера и смирение, что Господь, как передают оба Евангелиста, "удивился" и счел необходимым подчеркнуть эту веру перед всеми окружавшими их, что такой веры Он не нашел даже у самих представителей избранного народа Божья — у израильтян. Далее, как рассказывает уже один только св. Матфей, Господь, опровергая мнение евреев, будто только они одни могут быть членами Царства Мессии, предрекает, что многие из язычников "с востока и запада" окажутся достойными, вместе с ветхозаветными праотцами, наследовать это Царство, в то время как "сыны царства", то есть евреи, за свое неверие в пришедшего Мессию будут извержены во тьму кромешную, где "будет плач и скрежет зубов" (Матф. 8:12). В этих словах Господа, как и во многих других Его речах и притчах, Царство Небесное представляется под образом вечери, или пира, за которым на Востоке не сидели, а возлежали. Чем-либо провинившихся гостей выводили из комнаты, где проходила вечеря, во внешнюю (кромешную) тьму, на холод, который противопоставляется теплой и светлой комнате, и изгнанные скрежетали зубами от холода и досады; образ этот, понятный всем, взят для того, чтобы нагляднее представить вечные мучения грешников в аду. Вера и смирение сотника были тут же вознаграждены: слуга его выздоровел в тот час, как только Господь произнес: "Иди, и, как ты веровал, да будет тебе" (Матф. 8:13)

Воскрешение сына Наинской вдовы

(Луки 7:11-17)

Об этом событии повествует только один Евангелист Лука, ставя его в связь с последовавшей затем отправкой Иоанном Крестителем своих учеников к Иисусу Христу.
Из Капернаума Господь пошел в город Наин, находившийся близ южной границы Галилеи, на северном склоне горы Малый Ермон, в бывшем колене Иссахаровом. Свое имя Наин (приятный) получил, вероятно, из-за месторасположения в великолепной и богатой пастбищами долине Есдрелонской. Господа сопровождали ученики Его и множество людей. В древности города часто окружали сплошными стенами для защиты от врагов так, что входить и выходить можно было только через одни ворота. И вот у таких городских ворот Господу повстречалось похоронное шествие: из города выносили умершего юношу, единственного сына вдовы. Видя удрученную горем женщину, Господь сжалился над ней и сказал: "Не плачь" и прикоснулся к одру, на котором лежал покойный, давая тем самым знак остановиться, и воскресил юношу словами: "Юноша! Тебе говорю, встань".
Всех объял страх, но все же никто из свидетелей чуда не признал в Иисусе Чудотворца Мессию, Его сочли лишь "великим пророком", и это мнение о Нем распространили по всей Иудее и окрестностям.

Посольство от Иоанна Предтечи

(Матф. 11:2-19; Луки 7:18-35)

Св. Иоанн Креститель не мог сомневаться в Божественном достоинстве Господа Иисуса Христа (см. Иоанна 1:32-34). Тем не менее, находясь уже в темнице, посылает он двух учеников своих к Иисусу Христу с вопросом: "Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого?" (Матф. 11:3; Луки 7:19). Ответ на этот вопрос нужен был не самому Иоанну, а ученикам его, которые, слыша много о чудесах Господа, недоумевали, почему же Он открыто не провозглашает Себя Мессией, если Он, действительно, Таковой? Но Господь не дает прямого ответа, поскольку с именем Мессии, у евреев были связаны надежды на земную славу и величие. Только тот, у кого душа очищена учением Христа от всего земного, и мог быть достоин слышать и знать, что Иисус, воистину, и есть Мессия-Христос. Вот поэтому вместо прямого ответа Господь, ссылаясь на пророчество Исаии (35:2-6), обращает внимание учеников Иоанна на совершаемые Им чудеса, как на доказательство Своего Божественного посланничества, и прибавляет: "Блажен, кто не соблазнится о Мне!" (Матф. 11:6; Луки 7:23), или, иными словами: "Блажен, кто не усомнится во Мне, видя Мой уничиженный вид". И чтобы кто-либо не подумал, будто Иоанн сам сомневается в Божественном величии Господа, Он, после ухода учеников Иоанна, стал говорить народу о высоком достоинстве и служении Иоанна, как высочайшего из всех пророков: "Из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя, но меньший в Царствии Небесном больше его" (Матф. 11:11; ср. Луки 7:28), — эти слова указывают на превосходство христианства над высочайшей ветхозаветной праведностью.
"От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его; ибо все пророки и закон прорекли до Иоанна" (Матф. 11:12-13). Здесь закону и пророкам, то есть ветхозаветной Церкви, противопоставляется Церковь Христова, новозаветная. С Иоанном, стоявшим на рубеже двух заветов, закончился Завет Ветхий, имевший лишь временное, подготовительное, значение, и открылось Царство Христово, куда входят все, употребившие для этого усилие. Основываясь на пророчестве Малахии (4:5), относящемуся, несомненно, ко второму пришествию Христа, евреи ждали перед приходом Мессии пророка Илию. Но про Иоанна Малахия пророчествовал лишь как об Ангеле, который приготовит путь Господу (3:1). Ангел же, предрекавший Захарии рождение Иоанна сказал: "Придет перед Ним в духе и силе Илии" (Луки 1:17); но не будет самим Илиею. Сам Иоанн на вопрос евреев, является ли он Ильей, ответил отрицательно. Смысл же слов Господа "и если хотите принять, он есть Илия, которому должно придти" (Матф. 11:14) таков: если вы понимаете пророчество Малахии о пришествии Илии перед пришествием Мессии буквально, то знайте, что тот, кому должно было появиться перед Мессией, уже пришел: это — Иоанн; отнеситесь с особым вниманием к Моему свидетельству об Иоанне, и "Кто имеет уши слышать, да слышит!" (Матф. 11:15)
Говоря "кому уподоблю род сей?" (Матф. 11:16; ср. Луки 7:31), Господь имеет в виду книжников и фарисеев. Они подобны капризным и своенравным детям, которым их же товарищи никак не могут угодить. Им, фарисеям и книжникам, ждавшим Мессию, как великого царя-завоевателя, ничем не смог угодить великий постник Иоанн, призывавший их к печали и сокрушению о своих грехах; так же не смог угодить им и Иисус Христос, Который, в противоположность Иоанну, не отказывался разделить трапезу с грешниками в надежде спасти их. Слова Господа "оправдана премудрость чадами ее" (Матф. 11:19; Луки 7:35) прекрасно трактует блаж. Феофилакт:"Когда уже, говорит Христос, ни жизнь Иоанна, ни Моя не нравится вам, и вы отвергаете все пути спасения, то Я — Премудрость Божья — оказываюсь правым не перед фарисеями, а перед чадами Своими". Эти "чада премудрости" — простой иудейский народ, кающиеся мытари и грешницы, уверовавшие во Христа и принявшие Его Божественное учение всем сердцем; это они "оправдали" Бога и премудрость Его, то есть показали, что Господь устроил спасение людей и верно, и мудро. И именно им открылась премудрость Божья, недоступная гордым фарисеям.

Обличение нечестивых городов

(Матф. 11:20-30; Луки 10:13-16 и 21-22)

С сердечной скорбью изрекает Христос "горе" городам Хоразину (на севере от Капернаума) и Вифсаиде (на юге от него) за то, что они не покаялись, хотя и видели много чудес, совершенных Христом. Господь сравнивает города эти с языческими Тиром и Сидоном в соседней Финикии и утверждает, что положение на страшном суде последних будет лучше положения евреев, которым дана была возможность спастись, но которые не захотели покаяться, как покаялась после проповеди Ионы Ниневия: во вретище (грубой власянице, причиняющей телу боль), посыпая пеплом главу и сев на пепел в знак глубокого сокрушения. Господь предрекает гибель и Капернауму за его крайнюю степень превозношения в гордыне и вследствие внешнего благополучия и благосостояния. Господь сравнивает Капернаум с греческими Содомом и Гоморрой, истребленными Богом за нечестие серным дождем и огнем. Все эти города, действительно, скоро постигла кара Божья: они были до основания разрушены римлянами в ту же войну, что и Иерусалим. Гордые своей мнимой мудростью и знанием Священного Писания фарисеи и книжники не поняли Господа Иисуса Христа и Его учение по их духовной слепоте, и Господь славит Своего Отца Небесного тем, что истина Его учения, сокрытая от этих "мудрых и разумных", оказалась открыта "младенцам", то есть людям простым и бесхитростным, каковыми были Апостолы и Его ближайшие ученики и последователи, почувствовавшие не умом, но сердцем, что Иисус есть подлинно Мессия-Христос.
"Все предано Мне Отцом Моим", (Матф. 11:27; Луки 10:22) — говорит Господь, имея в виду следующее: все отдано под власть Его: и мир телесный, видимый, и мир духовный, невидимый — отдано все это не как Сыну Божью, Которому всегда свойственна такая власть, но как Богочеловеку и Спасителю людей для того, чтобы Он мог обратить все это к спасению человечества. "И никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть" (Матф. 11:27; ср. Луки 10:22) — в этих словах Господа заключен тот смысл, что никто из людей не в состоянии постигнуть все величие и благость Сына так же, как величие и благость Отца. Только Сын в Себе Самом открывает Отца для тех, кто приходит к Нему, а Он, в Свою очередь, призывает всех к Себе: "Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные" (то есть изнемогающие от суетного и бесплодного труда под гнетом греховных страстей, происходящих от гордости и самолюбия), "и Я успокою вас" (то есть дам вам мир и отдых от страстей) (Матф. 11:28). Предлагая взять на себя "иго" Его, Господь подразумевает иго евангельского закона в сравнении с игом страстей: "Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня кротости и смирению" (Матф. 11:29), "ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко" (Матф. 11:30). Господь Сам дает силы для несения Его бремени в виде благости Святого Духа и Собственным примером воодушевляет нас на несение Его ига.

Прощение грешницы в доме Симона-фарисея

(Луки 7:36-50)

Некий фарисей по имени Симон, питавший, видимо, любовь к Господу, но не имевший твердой веры в Него, пригласил Господа к себе на трапезу для того, может быть, чтобы, вникнув в Его речь и учение, войти с Ним в более близкое общение. Женщина, известная в городе, как большая грешница, вошла неожиданно, встала смиренно позади Господа, наклонилась к Его ногам и, видя, что они не отмыты еще от дорожной пыли, источила целые потоки слез, омывая, таким образом, ноги Господа вместо воды своими слезами и отирая их своими волосами вместо полотенца. Затем, целуя ноги Его, она принялась мазать их принесенным ею драгоценным миром. По понятиям фарисеев, прикосновение грешницы оскверняет человека, а потому Симон, нисколько не тронутый нравственным переворотом, совершившимся в душе этой блудницы, только осуждает Господа за принятие почестей, думая про себя, что Он не может быть пророком, поскольку тогда Он должен был бы знать, "кто и какая женщина прикасается к Нему", и отверг бы её.
Обличая тайные мысли фарисея, Господь рассказал ему притчу о двух должниках. Один из них должен был заимодавцу 500 динариев (около 125 рублей), а другой — 50. Так как оба они не имели, чем заплатить, заимодавец простил им обоим. Легко ответить на вопрос Господа: который из должников более возлюбил заимодавца? Конечно, тот, которому прощено больше. И подтверждая правильность ответа, Господь присовокупил: "Кому мало прощается, тот мало любит". Судя по контексту, эти слова были направлены против Симона, мало любящего Христа и скудного в делах любви; хотя он и пригласил Христа в свой дом, но не оказал достойных знаков внимания к Господу: омовение ног и лобызание. И из притчи Симон должен был понять, что Господь в нравственном отношении ставит выше покаявшуюся жену-грешницу, нежели самого Симона-фарисея, так как она показала больше любви к Господу, чем он; и за эту любовь ей прощаются ее грехи. А в словах "кому мало прощается"... содержится косвенное указание Симону на то, что за расположение к Господу и ему тоже прощаются какие-то долги перед Богом, но гораздо меньше, чем этой жене-грешнице.
Гости, возлежавшие с Симоном (вероятно, тоже фарисеи), не поняли слов Господа и начали возмущаться про себя, поэтому Христос и отослал женщину, сказав: "Иди с миром!"

Исцеление бесноватого и обличение фарисеев

(Матф. 12:22-37; Марк 3:20-30; Луки 11:14-23)

Господь исцеляет бесноватого, в котором обитание нечистого духа сопровождалось немотой и слепотой, и весь народ дивится этому чуду. Фарисеи, желая прекратить в народе толки об Иисусе, как о Христе (то есть о Мессии), стали распускать слух, будто Он изгоняет бесов силой вельзевула, князя бесовского, будто Сам Он имеет в Себе духа нечистого (Марк. 3:30), и даже называли Его веельзевулом (Матф. 10:25). На эти слухи Господь возразил, что можно ли предположить, будто сатана стал бы сам разрушать свое царство? "Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет" (Матф. 12:25; Луки 11:17; ср. Марк 3:24). В царстве дьявола должно существовать единство власти и действия, и поэтому сатана не может действовать сам против себя. "И если Я силою веельзевула изгоняю бесов, то сыновья ваши чьею силою изгоняют?"— говорит Господь (Матф. 12:27; Луки 11:19). Под сыновьями можно понимать здесь и Апостолов, получивших от Господа власть изгонять бесов, и учеников фарисейских, упражняющихся в заклинании злых духов, и того человека, о котором Апостолы говорили Господу, что он изгоняет бесов именем Христа, но сам с Христом не ходит (Марк. 9:38; Луки 9:49)
"Посему они [сыновья] будут вам судьями" (Матф. 12:27; Луки 11:19), то есть на страшном суде изобличат в преднамеренной лжи. "Если же Я Духом Божьим изгоняю бесов, то, конечно, достигло до вас Царствие Божье" (Матф. 12:28; ср. Луки 11:20); здесь Господь имеет в виду то, что пришло Царствие Божье вместо царства сатаны, который и бежит от мира, гонимый Христом: изгоняя бесов, Господь доказывает тем самым, что Он "связал" самого "сильного" — сатану. Тут же Господь добавляет следующую мысль: "Кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает" (Матф. 12:30; Луки 11:23). В Царстве Христовом: кто не с Христом, тот уже враждебен Ему, ибо он вносит разделение в единый "дом" под единой властью. Другое дело, когда человек находится еще вне Царства Христова, еще не был призван туда; тогда лишь бы он не был бы против Христа, не был бы в союзе с враждебным Христу миром. Такой человек, уже отчасти принадлежащий Христу, может стать за одно с Ним и вступить в Его Царство. Но кто не с Христом в Его борьбе с сатаной за собирание всех людей в Царствие Божье, тот против Него, поскольку любой, кто, слыша и понимая учение Христово, не становится на Его сторону, тот уже враг, и тем более враг тот, кто противодействует.
А выводом из этого следует: "Всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится человекам; если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему; если же кто скажет на Духа Святого, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем" (Матф. 12:31-32; ср. Марк. 3:28-29). Милосердие Божье бесконечно, и нет греха, который побеждал бы его; но всякий, кто упорно отвергает самое это милосердие, кто упорно противится самой спасающей благодати Божьей, для того нет милосердия, и грех его остается непрощенным, и такой человек погибает. Это намеренное противление спасающей благодати Божьей, которая есть благодать Святого Духа, Господь называет хулой на Духа. Это ясно выразилось в том, что фарисеи осмелились назвать дела всемогущества Бога делами дьявола. Почему же нет прощения за этот грех "ни в сем веке, ни в будущем?" Да потому, что если человек отвергает очевидные действия спасающей благодати Святого Духа, то неоткуда взяться в нем и покаянию, без которого нет спасения. Если кто похулит Христа, видя Его уничижение, тому простится этот грех, поскольку это простое заблуждение, легко смываемое покаянием.
Не так обстояло дело с упрямым противлением действиям спасающей силы Божьей, которое наблюдалось у фарисеев и слишком далеко отстояло от покаяния. Клевету фарисеев на Свои дела Господь объясняет злобой в сердцах их: "Порождения ехидны! Как вы можете говорить доброе, будучи злы? Ибо от избытка сердца говорят уста" (Матф. 12:34). Господь грозит фарисеям, что за каждое праздное слово они должны будут ответить в день Страшного Суда, так как их злобные реплики свидетельствуют о наличии в них злой, богоборческой воли.

Ответ Господа искавшим знамения от Него

(Матф. 12:38-45; Луки 11:29-32, 24-26)

Иудеев соблазняло в Иисусе Христе Его уничижение, и они потребовали от Него такого знамения, которое бы ясно указывало на Его Божественное достоинство Мессии. Им мало было тех чудес, которые творил Христос по любви Своей к страждущим людям, по мольбам отдельных лиц. Они хотели узреть "Знамение с неба" (Матф. 16:1). Они лицемерно, как враги, просят знамения, а потому Он называет их "Родом лукавым и прелюбодейным" (Матф. 12:39; ср. Луки 11:29) в том смысле, что они неверны Богу, и на эту неверность Ему указывали еще пророки, представляя идолопоклонничество иудеев в образе супружеской измены Богу — прелюбодеянием (см. Ис. 57:3; Иезек. 16:15, 23-27). Господь говорит, что такого знамения не будет дано им и указывает только на величайшее чудо в прошлом, ставшем прообразом нового: сохранения пророка Ионы во чреве кита в течение трех суток; так же после трех дней телесной смерти воскреснет Христос. Собственно, Христос пробыл в гробе один день и две ночи, но на Востоке всегда было принято считать часть дня или ночи за целое (примеры: 1 Цар. 30:12; Быт. 42:17-18; 2 Пар. 10:5-12 и др). Ниневитяне — жители города Ниневии, столицы Ассирийского царства на берегу Тигра, к северу от Вавилона, покаявшиеся в результате проповеди пророка Ионы, осудят на предстоящем Всеобщем Суде евреев за то, что они, евреи, не вняли проповеди своего Мессии и в своем упорстве не захотели покаяться. Царица южная — царица Савская, приходившая к Соломону (3 Цар. 10) из Аравии, также осудит евреев, так как она пришла издалека послушать мудрость Соломона, а иудеи не захотели слушать Саму Воплотившуюся Премудрость Божью, Которая "больше Соломона". Далее Господь рассказывает притчу о нечистом духе, вышедшем из человека и вернувшимся в него с другими, еще более злыми, чем он сам. Этой притчей Господь наглядно объясняет то, что хотя бы Он и заставил евреев каким-либо поразительным чудом уверовать в Себя, но нравственная их испорченность настолько сильна, что через некоторое время неверие их возникнет с еще большей силой и упорством. Неверие и испорченность в них — это тот самый злой дух из притчи о бесноватом. Если человек остается нерадивым, праздным, невнимательным к себе, то злой дух и страсти, изгнанные из него однажды, возвращаются к нему с гораздо большей силой.

Женщина прославляет Матерь Христову

(Луки 11:27-28, Матф. 12:46-50; Марк. 3:31-35; Луки 8:19-21)

Одну женщину так поразила беседа Господа, что она не смогла удержать своего восторга и всенародно прославила Господа и Его Пречистую Матерь, Которая с названными братьями Его находилась тут же, только вне дома (см. Матф. 12:46 и Марк. 3:31). По преданию, этой женщиной была прислужница Марфы (Луки 10:38), Маркела, и поэтому на празднике Богородицы отрывок этот всегда присоединяется к Евангелию о посещении Господом Марии и Марфы и читается как одно Евангелие.
"Блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, Тебя питавшие" (Луки 11:27), или иными словами: блаженна Та, Которая родила и воспитала такого учителя. Здесь начинается прославление Богоматери в исполнении Ее собственного предречения: "Отныне ублажат Мя вси роди". Святой Евангелист Матфей указывает, что именно в это самое время Матерь Господа и мнимые братья Его стояли вне дома и послали сказать Ему, что не в силах протиснуться из-за множества окружавших Его. Господь всегда питал нежные чувства к Матери Своей и даже, будучи распятым, беспокоился о Ней и поручил Ее заботам Своего возлюбленного ученика, апостола Иоанна. Но в этот момент, произнося поучения народу, Он показал всем, что исполнение воли Отца Небесного выше Его родственных чувств: "Кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат и сестра и матерь" (Матф. 12:50; ср. Марк. 3:35; ср. Луки 8:21)
Упоминаемые здесь братья Иисуса в некоторых местах Евангелия называются по именам: Иаков, Иосия, Симон и Иуда (Матф. 13:54-56). Сопоставляя повествования всех четырех Евангелий, можно увидеть, что матерью всех этих "братьев" Иисуса была Мария Клеопова, которую св. Иоанн называет "сестрой Матери Его" (Иоан. 19:25), Мария Клеопова считалась двоюродной сестрой Матери Господа, поскольку Богоматерь была единственной дочерью Иоакима и Анны. По одному преданию, та Мария была женой Клеопы, который и был отцом "братьев" Иисуса. По другому, эти "братья" были детьми Иосифа-обручника от его первого брака. Приводя два предания в согласие, вполне можно допустить, что "братья" были и детьми Иосифа, и (по закону родственных связей) жены брата его, умершего бездетным, или близкого родственника Марии Клеоповой. Во всяком случае, у евреев "братьями" назывались не только родные братья, но и двоюродные, и троюродные, и близкие родственники вообще.

Учение Господа Иисуса Христа в притчах

 

О Сеятеле; О плевелах; О невидимо растущем семени; О зерне горчичном; О закваске; О сокровище, скрытом в поле; О драгоценной жемчужине; О неводе, закинутом в море.

Слово притча представляет собой перевод двух греческих слов: "параволи" и "паримиа". Паримиа в дословном переводе означает "краткое изречение, выражающее правило жизни" (таковы, для примера, Притчи Соломона); параволи— эторассказ, имеющий прикровенный смысл и выражающий высшие духовные истины в образах, взятых из повседневного быта. Евангельская притча есть, собственно, параволи. Притчи, изложенные в 13-й главе Евангелия от Матфея и в параллельных местах у двух других синоптиков, Марка и Луки, были произнесены Господом при столь многочисленном стечении народа, что Господу Иисусу Христу пришлось войти в лодку, чтобы устраниться от осаждавшей Его толпы, и уже из лодки обращаться к людям, стоявшим на берегу Геннисаретского озера ("моря")
Св. Златоуст поясняет: "Господь говорил притчами для того, чтобы сделать Свое слово более выразительным, глубже запечатлеть его в памяти слушающих и самые дела представить глазам". Притчи Господа — это иносказательные поучения, образы и примеры, заимствованные Господом из обыденной жизни еврейского народа и из окружающей природы.
На вопрос учеников: "Для чего притчами говоришь им?" Господь отвечал: "Для того, что вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано" (Матф. 13:10-11; ср. Марк. 4:10-11 и Луки 8:9-10). Ученикам Господа, как будущим провозвестникам Евангелия, через особое благодатное просвещение ума дано было знание Божественных истин, хотя и не в полном совершенстве до сошествия Святого Духа. Все же остальные, не имея подобного знания, не были готовы к принятию и пониманию этих истин, что и послужило причиной нравственного огрубения и ложного представления о Мессии и Его Царстве, распространяемого книжниками и фарисеями. Об этом пророчествовал еще Исаия (6:9-10). Если показать этим нравственно испорченным и духовно-огрубевшим людям истину такой, какая она есть, не облекая ее во что-нибудь им понятное, то они и, видя, не увидят ее и, слыша, не услышат. Только облеченная в приточный покров, соединенная с представлениями о хорошо знакомых предметах она, истина, становится доступной к восприятию и пониманию: ненасильственно, а сама собой возносится загрубелая мысль от видимого к невидимому, от внешней стороны к высшему духовному смыслу.
В том, что Господь говорил притчами, св. Матфей видит исполнение пророчества Асафа: "Открою уста мои в притче" (Псал. 77:2). Хотя Асаф говорил это о себе, но, как пророк, он служил прообразом Мессии, что видно из следующих слов того же стиха: "Произнесу гадания из древности" что, собственно, приличествует только Мессии Всеведущему, а не смертному человеку. Сокровенные тайны Царства Божья ведомы, конечно, лишь ипостасной Премудрости Божьей.

Притча о сеятеле

(Матф. 13:1-23; Марк. 4:1-20; Луки 8:4-15)

В притче о Сеятеле Господь подразумевает под Сеятелем Самого Себя, под семенем — проповедуемое Им Слово Божье, а под почвой, на которую семя падает — сердца слушающих. Господь живо напомнил им их родные поля, через которые проходит дорога, местами заросшая колючим кустарником — тернием, иногда каменистая, покрытая лишь тонким слоем земли. Сеянье — прекрасный образ проповедования Слова Божья, которое, падая на сердце, смотря по состоянию его, остается бесплодным или приносит плод, больший или меньший.
"Кто имеет, тому дано будет и приумножится; а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет", — неоднократно повторяет Господь в разных частях Евангелия (для прим. Матф. 13:12, 25:29; Луки 19:26 и т.д.). Смысл этого присловья в том, что богатый при усердии богатеет более и более, а бедный при лености и последнее теряет. В духовном смысле это значит: вы, Апостолы, с уже дарованным вам знанием тайн Царствия Божья можете все глубже и глубже проникать в эти тайны, понимать их все совершеннее. Народ же потерял бы и то скудное знание этих тайн, какое еще сохранилось в нем, если бы при откровении подобных тайн не дать в помощь ему приточную речь, много более пригодную для народа. Св. Златоуст объясняет это так: "Тому, кто желает и старается приобрести дары благодати, Сам Бог дарует все; а если в ком нет ни желания, ни старания, тому не принесет пользы даже то, что он, как ему кажется, имеет".
У того, чей ум омрачен, а сердце огрубело в грехе так, что он не понимает Слово Божье, это Слово, ложится на поверхность ума и сердца, не пустив корней, как семя на дороге, открытое для всех проходящих, и лукавый — сатана или демон — легко его похищает, делает бесплодным услышанное. Каменистую почву представляют собой те, кто увлекается проповедью Евангелия, как приятной новостью, порой даже искренне и чистосердечно, находя удовольствие в проповеди, но сердцем — холодные, твердые и неподвижные, как камень. Такие не в силах ради требований евангельского учения изменить свой образ жизни, отстать от своих излюбленных, вошедших в привычку грехов и вести борьбу с искушениями, претерпевая скорби и лишения за истину евангельского учения. В борьбе с искушениями они соблазняются, падают духом и изменяют своей вере и Евангелию. Под тернистой почвой подразумеваются сердца людей, опутанных страстями: к богатству, к наслаждению, к благам мира сего вообще.
Под доброй же и плодоносной землей подразумеваются люди с добрым и чистым сердцем, которые, услышав Слово Божье, твердо решили сделать его руководством своей жизни и творить плоды добродетели. "Виды добродетели различны, как различны и преуспевающие в духовной мудрости" (Блаж. Феофилакт)

Притча о плевелах

(Матф. 13:24-30)

"Царство Небесное" — это земная церковь, основанная Небесным Учредителем и приводящая людей к Небу. Она "подобна человеку, посеявшему доброе семя на поле своем". "Когда все люди спали" — то есть ночью, когда дела могут совершаться тайно от всех, — здесь указано на коварность врага, — "пришел враг его [человека] и посеял между пшеницею плевелы и ушел". Плевелами называют сорные травы, которые, пока малы, похожи всходами своими на пшеницу, а когда уже вырастут и начинают отличаться от пшеницы, то выдергивание их сопряжено с опасностью для корней пшеницы. Учение Христа сеется по всему миру, но и дьявол своими соблазнами сеет зло среди людей. На обширной ниве мира живут все вместе: и достойные сыны Отца Небесного (пшеница), и сыны лукавого (плевелы). Господь терпит последних, оставляя до "жатвы", то есть до Страшного суда, когда жители — Ангелы Божьи — соберут "плевелы" и ввергнут их в печь огненную на вечные адские муки. "Пшеницу" же Господь повелит собрать в житницу Свою, то есть в Свое Царствие Небесное, где праведники воссияют, как солнце.

Притча о невидимо растущем семени

(Марк. 4:26-29)

Царство Небесное подобно семени, которое, брошенное однажды в землю, неприметно растет само собой. Внутренний процесс этого неуловим и необъясним; как вырастает из крошечного семени целое растение, — никто не знает. Точно также неуловимо и необъяснимо религиозное преображение души человеческой, совершаемое силой благодати Божьей.

Притча о зерне горчичном

(Матф. 13:31-32; Марк. 4:30-32; Луки 13:18-19)

На Востоке горчичное растение может достигать размеров громадных, хотя зерно его так мало, что у евреев была даже поговорка: "Мал, как горчичное семечко". Смысл притчи в том, что, хотя начало Царствия Божья, по-видимому, мало и не славно, но сила, сокрытая в нем, побеждает все препятствия и способна преобразовать его в царство великое и всемирное. Златоуст говорит: "Сей притчей, Господь хотел показать образ распространения евангельской проповеди. Хотя ученики Его были бессильнее всех, всех более уничиженные, но поскольку в них была заключена великая сокровенная сила, то она (проповедь), распространилась на всю вселенную". Церковь Христова, малая вначале, неприметная для мира, распространилась так на земле, что множество народов, как птицы небесные в ветвях горчичного дерева, укрываются под ее сенью. Точно также бывает и в душе каждого человека: веяние благодати Божьей, едва приметное поначалу, все более и более охватывает душу, которая становится постепенно вместилищем различных добродетелей.

Притча о закваске

(Матф. 13:33-35; Марк. 4:33-34; Луки 13:20-21)

Точно такой же смысл имеет и притча о закваске. "Как закваска, — говорит св. Златоуст, — большому количеству муки сообщает свои свойства, так и вы (Апостолы) преобразите целый мир". Точно так же и в душе каждого отдельного члена Царства Христова: сила благодати невидимо, но действенно объемлет постепенно все силы его духа и, освящая, преобразит их. Под тремя мерами некоторые понимают три силы души: ум, чувство и волю.

Притча о сокровище, скрытом в поле

(Матф. 13:44)

Человек узнал о кладе, зарытом в поле, которое не принадлежало ему. Чтобы воспользоваться кладом, человек тот продает все, что имеет, покупает это поле и вступает в обладание кладом. Подобную же драгоценность представляет для мудрого и Царствие Божье в смысле внутреннего освящения и духовных даров. Затаив у себя подобный клад, последователь Христа жертвует всем, и отрекается от всего, чтобы обладать им.

Притча о драгоценной жемчужине

(Матф. 13:45-46)

Смысл притчи тот же, что и в предшествующей: для приобретения Царства Небесного, как высочайшей драгоценности, необходимо пожертвовать всем, всеми благами, какими только обладаешь.

Притча о неводе, закинутом в море

(Матф. 13:47-50)

У этой притчи тот же смысл, что и у притчи о пшенице и плевелах. Море — это мир, невод — учение веры, рыбари — Апостолы и их преемники. "Невод" собрал от всякого рода: варваров, эллинов, иудеев, блудников, мытарей, разбойников. Под образом берега и разбора рыбы подразумевается окончание века и страшный суд, когда праведники будут отделены от грешников, как хорошая рыба, попавшая в невод, от плохой. Необходимо обратить внимание на то, что Христос-Спаситель часто пользуется случаем указать на различие участей праведников и грешников в будущей жизни. Поэтому нельзя согласиться с мнением тех, кто, как, например, Ориген, полагают, будто спасутся все, даже и дьявол.
Толкуя притчи Господни, надо иметь в виду, что, поучая притчами, Господь всегда брал примеры не вымышленные, а из повседневной жизни Своих слушателей, и поступал так, по объяснению св. Иоанна Златоуста, для того, чтобы сделать слова Свои более выразительными, облечь истину в живой образ, глубже запечатлеть ее в памяти. Поэтому в притчах надо искать сходства, подобия, только в общем, а не в частностях, не в каждом слове, в отдельности взятом. Кроме того, конечно, каждую притчу надо понимать в связи с другими, однородными, и с общим духом учения Христова.
Важно отметить, что в Своих проповедях и притчах Господь Иисус Христос весьма точно разграничивает понятие Царства Небесного от понятия Царства Божья. Царством Небесным Он называет то вечное блаженное состояние праведников, которое откроется для них в будущей жизни, после последнего Страшного суда. Царством Божиим Он называет основанное Им на земле общество верующих в Него и стремящихся творить волю Отца Небесного. Это Царство Божье, открывшееся с приходом Христа Спасителя, вселяется в души людей и, внутренне преображая их, подготовляет к наследованию имеющего открыться по кончине века Царства Небесного. Раскрытию этих понятий и посвящены вышеуказанные притчи.
Когда на вопрос ученикам, поняли ли они все сказанное, ученики ответили Господу утвердительно, Он назвал их "книжниками", но не теми книжниками-иудеями, враждебными Ему, которые знали только "старое ветхозаветное", да и то искажали, извращали, понимая и толкуя превратно, а книжниками, наученными Царству Небесному, способными быть проповедниками этого Царства Небесного. Наученные Господом Иисусом Христом, они знают теперь и"старое" пророчество и"новое" учение Христово о Царстве Небесном и смогут в деле предстоящей им проповеди, как домовитый хозяин, выносящий из сокровищницы своей старое и новое, пользоваться, по мере надобности, тем или другим. Так и все преемники Апостолов в деле своей проповеди должны пользоваться и Ветхим и Новым Заветом, ибо истины и того и другого — Богооткровенны.

О хозяине, хранящем новое и старое

(Матф. 13:51-52)

И спросил их Иисус: поняли ли вы все это? Они говорят Ему: так, Господи! Он же сказал им: поэтому всякий книжник, наученный царству небесному, подобен хозяину, который выносит из сокровищницы своей новое и старое.

Ответы Господа колеблющимся следовать за Ним

(Матф. 8:18-22; Луки 9:57-62)

Народ так окружал и теснил Господа, что Ему негде было уединиться для молитвы и беседы с Апостолами (Луки 4:42), не было даже времени вкусить хлеба (Марк. 3:20). И вот однажды Господь велел ученикам Своим переправиться на другую сторону Тивериадского озера. Когда они уже собрались сесть с лодку, к Господу подошел книжник, выразивший желание следовать за Ним, куда бы Он ни пошел. Желая предупредить, что он, книжник, берет бремя, может быть, непосильное для него, Господь указал ему на Свой страннический образ жизни: "Лисицы имеют норы, и птицы небесные — гнезда; а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову" (Матф. 8:20; Луки 9:58); то есть Господь хотел сказать, что у Него нет места, где бы Он мог укрыться и почить от трудов Своих.
Именуя Себя "Сыном Человеческим",Господь смиренно подчеркивает Свое человечество, но, вместе с тем, для знающего пророчество Даниила (7:13-14) этим наименованием Он проникновенно указывает на Свое мессианское достоинство. Этот ответ произвел, по-видимому, сильное впечатление на тех спутников Господа, которые уже состояли в числе Его учеников. И один из них стал уклоняться от немедленного следования за Господом, ссылаясь на то, что ему прежде нужно похоронить отца, на что Господь ответил ему: "Иди за Мною и предоставь мертвым погребать своих мертвецов" (Матф. 8:22; ср. Луки 9:60). Два однокоренных слова мертвые и мертвецы, употребленные здесь, имеют два различных значения; первое из них — в смысле духовных мертвецов. Господь же имел в виду то, что ради великого дела, ради благой вести Царствия Божья нужно оставить все и всех "мертвых", которые глухи к слову Божью, к Его великому делу. Господь как бы говорит: предоставь им, всецело привязанным к земной жизни, хоронить мертвецов своих, а ты, внявший слову жизни, проповедуемому Мною, иди за Мной.
Подобным, не вполне понятным запрещением отдать последний долг умершему отцу, Господь, очевидно, хотел или испытать характер и преданность этого ученика, или уберечь его от родных, которые могли бы отвлечь ученика от следования за Христом. Другой ученик, не дожидаясь призыва, сам сказал Господу, что хочет идти за Ним, но прежде просит только позволения проститься с домашними своими. На это Господь ответил: "Никто, возложивши руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божья" (Луки 9:62). Другими словами: тот, кто решился следовать за Христом, не должен оглядываться назад на мир с его родственными связями и мирскими пристрастиями, поскольку любого рода привязанность к миру мешает отдаться учению Христа всецело.

Укрощение бури

(Матф. 8:23-27; Марк. 4:35-41; Луки 8:22-25)

Когда они отплыли, утомленный дневными трудами Иисус заснул на корме. Поднялась страшная буря, какая нередко бывает на Геннисаретском озере, окруженном горами с оврагами, и поэтому недаром окрестные жители назвали это озеро морем. Ученики, почти все из них — местные рыбаки, привыкшие бороться со здешними бурями, выбились из сил и принялись в отчаянии будить своего Учителя. С одной стороны в этом их решении выражен страх за свою жизнь, а с другой — надежда на всемогущество Господа. По св. Марку, ученики даже позволили себе укорить Иисуса: "Учитель! Неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем?" (Марк. 4:38). На это и Господь упрекнул их: "Что вы так боязливы, маловерные?" (Матф. 8:26; ср. Марк. 4:40 и Луки 8:25). Господь прекратил бурю, запретив ветрам и морю волноваться. Ученики, и люди, плывшие, вероятно, на соседних лодках, с изумлением говорили: "Кто Этот, что и ветры, и море повинуются Ему?" (Матф. 8:27; ср. Марк. 4:41 и Луки 8:25)

Изгнание легиона бесов

(Матф. 8:28-34; Марк. 5:1-20; Луки 8:26-40)

Переплыв озеро, Иисус с учениками Его прибыли в страну, лежавшую на восточном берегу, которую Евангелисты Марк и Лука называют Гадаринской (по имени находившегося в ней города Гадары), а св. Матфей — Гергесинской (по имени другого города — Гергесы); оба эти города были в числе"Десятиградия".
На берегу их встретил бесноватый, одержимый нечистым духом. Евангелисты Марк и Лука говорят об одном бесноватом, тогда как св. Матфей — о двух. Расхождение здесь, вероятно, потому, что один из бесноватых был человеком всем известным, жителем Гадар, и находился в особо ужасном состоянии беснования, а другой же, по сравнению с ним, оставался едва замеченным. Сущность беснования в том, что бесы, лишая человека сознания и подавляя его разум, распоряжаются всем его телом и силами души, причиняя такому бесноватому человеку невероятные мучения от его же собственных действий.
Величие и всемогущество Сына Божья, сокрытое для человеческих глаз, очевидно для нечистых духов, владевших более совершенным зрением, и привел их в ужас и трепет. И вот бесноватые начинают кричать, называя Иисуса Сыном Божьим и умоляя Его не причинять тех нестерпимых мучений, которые причиняла им Его близость. По Евангелиям от Марка и Луки, наиболее свирепый из бесов на вопрос Иисуса, как его имя? ответил: "Легион" (Марк. 5:9; Луки 8:30), указывая тем самым на обитание в бесноватом несметного количества нечистых духов. Бесы попросили Иисуса, чтобы Он "не повелел идти им в бездну" (Луки 8:31) и "не высылал их вон из страны той" (Марк. 5:10), а позволил им войти в большое стадо свиней, пасшееся неподалеку, при горе. Нам не настолько известна природа нечистых духов, чтобы понять, почему им необходимо обитать в живых существах, но характерно то, что из всех живых существ они избрали самое нечистое, самое презренное, в глазах иудеев, лишь бы Господь не изгонял их из страны и не лишал их тем самым возможности действовать в ней. Господь разрешил им войти в стадо, и свиньи, взбесившись, бросились с крутизны в море и утонули. Допустив это, Господь, очевидно, желал вразумить гадаринцев, которые, вопреки завещанию закона Моисея, разводили свиней да еще в таком громадном количестве (около 2000, по св. Марку 5:13)
Вместе с тем это обстоятельство привлекло к Господу Иисусу Христу особое внимание жителей этой страны, которые увидели известного всем бесноватого здоровым и сидящим у ног Иисуса. Однако, произошедшее все-таки не вразумило их: они испытали лишь безотчетный ужас и, по всей вероятности, опасение, как бы дальнейшее пребывание Господа у них не принесло им еще больших убытков. Сожаление о потерянных свиньях одержало у них верх над естественным, казалось бы, чувством благодарности Господу за чудесное избавление их страны от ужасного бесноватого, и они попросили Господа уйти. Как велико неразумие тех людей, которые не желают иметь в своих пределах Того, Кто явился разрушить дела дьявола!
Вопреки обычному запрещению Господа разглашать о совершаемых Им чудесах, Христос на этот раз наоборот повелел исцеленному бесноватому вернуться в свой дом и рассказать о том, что сотворил ему Бог. Надо полагать, что Господь сделал это затем, что Он не имел в этой стране тех опасений, какие были у Него в Галилее и Иудее, где представления о Мессии были превратными: как о земном вожде Израиля; и Господь не хотел, чтобы Его Имя связывали с политическими вожделениями иудейских патриотов, мечтавших о свержении римского владычества. Кроме того, по всему видно, что гадаринцы отличались особым религиозно-нравственным огрубением и одичанием, и Господь хотел пробудить их сердца проповедью о Нем и о делах Его через самого облагодетельствованного Им исцеленного бесноватого, который, действительно, как передал св. Марк, начал проповедовать о Нем по всему Десятиградию и этим подготовил страну к последующей апостольской проповеди и обращению ко Христу.

Исцеление кровоточивой и воскрешение дочери Иаира

(Матф. 9:18-26; Марк. 5:21-43; Луки 8:41-56)

Войдя в лодку с учениками, Господь Иисус Христос поплыл обратно и пристал к противоположному, западному, берегу Геннисаретского озера, где находился Капернаум. Тут Его ожидали уже толпы народа, и в числе прочих — один из начальников синагоги — Иаир, чья единственная двенадцатилетняя дочь была при смерти. Хотя начальники синагоги и принадлежали к партии, враждебной Иисусу (Иоан. 7:47-48), но этот, наслушавшись, видимо, о многих чудесах, совершенных Господом, и, может быть, сам бывший свидетелем чуда исцеления слуги капернаумского сотника, возгорелся надеждой, что Иисус исцелит и его дочь. И хотя Иаир не имел такой веры, которую Господь похвалил в сотнике, Он все же пошел в дом начальника синагоги возложить, по просьбе Иаира руки на умирающую. Видя это, народ с особенным любопытством устремился за Ним к дому Иаира, а так как каждому хотелось быть поближе к Великому Чудотворцу, все теснили Его.
Одна женщина, страдавшая кровотечением двенадцать лет и уже потерявшая надежду когда-либо вылечиться, протеснилась сзади к Иисусу и незаметно прикоснулась к Его одежде. По закону Моисея, женщины, страдающие подобной болезнью, считаются нечистыми и потому должны оставаться дома. Они не смеют ни к кому прикасаться (Левит. 15:25-28). Но эта несчастная имела такую горячую веру в Господа Иисуса Христа, что решилась тайно покинуть дом и прикоснуться к одежде Его в уверенности, что одно только прикосновение даст ей полное исцеление. И ее вера была оправдана: она тотчас выздоровела, ощутив, что иссяк источник крови. Подробнее всех рассказывает об этом событии св. Марк. Он передает, что Иисус, почувствовав, как вышла из Него сила, спросил у окружающих Его: "Кто прикоснулся к Моей одежде?" (Марк. 5:30, ср. Луки 8:45). Конечно, Он знал, кто прикоснулся, и спросил это только для того, чтобы, в назидание, обнаружить перед народом веру этой женщины и чудо, совершившееся благодаря этой вере. Женщина, понимая, что ей не утаиться, пала перед Ним и открыла всем истину. По понятиям евреев, она совершила преступление, войдя в толпу и сделав нечистыми всех, к кому ей по необходимости пришлось прикоснуться; поэтому в страхе и трепете ожидала она осуждения за свой поступок, но Господь успокоил ее: "Дерзай дщерь [дочь]! Вера твоя спасла тебя; иди с миром!" (Луки 8:48; ср. Матф. 9:22 и Марк. 5:34)
В это время умерла дочь Иаира, и кто-то из его домашних пришел сообщить ему эту печальную новость и сказать, чтобы он не утруждал напрасно Учителя. Видя отчаяние удрученного горем отца, Господь успокоил его: "Не бойся, только веруй, и спасена будет!" (Луки 8:50; ср. Марк. 5:36). Придя в дом, они застали там "свирельщиков", которых приглашали для оплакивания умерших. Подобное оплакивание простого умершего продолжалось восемь дней, а знатного лица — месяц; оно сопровождалось игрой на флейтах или свирелях. Господь сказал Иаиру и его домашним: "Не плачьте; она не умерла, но спит!" (Луки 8:52; ср. Матф. 9:24 и Марк. 5:39). Эти слова нельзя понимать буквально, так как и о Лазаре, пролежавшем четыре дня в гробу и уже начавшем разлагаться, Господь сказал, что он "уснул" (Иоан. 11:11-14), и лишь потом добавил: "Лазарь умер". Действительная смерть девицы был столь очевидна для окружающих, что они принялись смеяться над Иисусом. Так как свидетелями великого чуда воскрешения могли быть только люди достойные, способные оценить эту великую тайну Божественного всемогущества, Господь повелел всем выйти вон, оставив лишь трех Своих Апостолов — Петра, Иакова и Иоанна — и родителей умершей. Взяв девицу за руку, Господь говорит ей: "Талифа’ — куми", что значит: "Девица, тебе говорю, встань!" (Марк. 5:41; ср. Матф. 9:25 и Луки 8:54) и мгновенно воскресил ее, при этом она настолько окрепла, что последствия тяжелой болезни нисколько не помешали ей сразу начать ходить, как вполне здоровой. Все изумились, а Господь повелел дать воскрешенной тут же поесть, чтобы убедить родителей, что перед ними их настоящая дочь, а не призрак умершей. По обычаю, Господь запретил разглашать о чуде.

Исцеление двух слепцов

(Матф. 9:27-34)

Когда Иисус вышел из дома Иаира, за Ним двинулась толпа народа, из которой двое слепцов кричали: "Помилуй нас, Иисус, Сын Давидов!" Господь как бы не обратил внимания на эти крики, по-видимому, с целью испытать веру кричавших и называвших Его Сыном Давида, то есть Мессией. Только когда пришел Он в чей-то дом (неизвестно, чей именно), Господь спросил слепцов, умоляющих об исцелении, веруют ли они, что Он может исцелить их? Получив утвердительный ответ, Господь коснулся глаз их, и глаза их открылись. Как и всегда в таких случаях, Иисус строго настрого запретил бывшим слепцам рассказывать о чуде, но от радости и по чувству благодарности к своему Исцелителю они не могли удержаться, и "разгласили о Нем по всей земле той".
Не успели прозревшие выйти, как к Иисусу привели немого бесноватого. Сам за себя бесноватый не мог просить, так как демон связал ему язык. Поэтому Господь не спросил его, как обычно, о вере, а повелел бесу выйти, и немому возвратилась способность говорить. Народ с удивлением говорил, что никогда не бывало ничего подобного среди израильского народа, а фарисеи, желая принизить впечатление, произведенное этим чудом, говорили, что Иисус изгоняет бесов силою князя бесов, то есть дьявола.

Вторичное посещение Назарета

(Матф. 13:53-58; Марк. 6:1-6)

Затем Иисус вновь пришел "В отечество Свое" (Матф. 13:54; Марк. 6:1), то есть в Назарет — в отечество Матери Своей и Своего мнимого отца, Иосифа, и в место, где Он был воспитан. Там Господь учил соотечественников Своих в синагоге так, что они изумлялись и говорили: "Откуда у Него такая премудрость и силы?" (Матф. 13:54; ср. Марк. 6:2). То не было изумление, какое выказывалось Ему в других местах, — оно было смешано с презрением: дескать, "не плотников ли Он сын? Не Его ли Мать называется Мария, и братья Его Иаков и Иосий, и Симон, и Иуда?" (Матф. 13:55; ср. Марк. 6:3). Назаретяне либо не знали, либо не верили чудесному воплощению и рождению Иисуса Христа, считая Его просто сыном Иосифа и Марии. Но это нельзя считать простительным, так как и в прежние времена у незнатных родителей рождались дети, ставшие в последствии знаменитыми. Таковыми, для примера, были Давид, Амос, Моисей и другие. Они, назаретяне, должны были бы благоговеть перед Иисусом именно за то, что Он, имея простых родителей, обнаруживал такую премудрость, которая ясно показывала, что она не от человеческого обучения, а от Божественной благодати. Подобное неверие происходило, конечно, от обычной человеческой зависти, всегда лукавой. Люди часто с завистью и ненавистью смотрят на выходцев из своей среды, которые вдруг обнаруживают необыкновенные дарования и становятся выше их. Может быть, товарищи Иисуса по делам житейским и сверстники, с которыми Он постоянно общался, не хотели признать Его необыкновенные способности именно по этой причине. "Не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем" (Матф. 13:57; Марк. 6:4), — так не должно быть, но так чаще всего бывает, поскольку люди больше всего обращают внимание на то, что им проповедуется, а не на того, кто проповедует; а если кто-то и удостоился Божественного избрания и призвания, то его видят обыкновенным человеком, как и привыкли видеть, не признавая в словах его пророчеств и не веря им. Господь прибавляет к этому, по всей вероятности, народному присловью: "И в доме своем", имея в виду то, что даже братья Его не веровали в Его Божественность (Иоан. 7:5). Нигде Христос не находил столько противления Себе и Своему учению, как в"отеческом" городе, где даже пытались умертвить Его (Луки 4:28-29)
В Назарете Господь "не совершил многих чудес по неверию их" (Матф. 13:58; ср. Марк. 6:5), так как Он всегда совершал чудеса в награду за веру, а не для удовлетворения праздного любопытства или чтобы доказать Свою сверхъестественную силу.

Жатвы много, тружеников — мало

(Матф. 9:35-38; Марк. 6:6; Луки 8:1-3)

Толпы народа, которые Господь видел, обходя города, Он сравнивает со стадом овец, блуждающих без пастыря, — образ, особенно понятный в Палестине, стране пастухов. Духовные учителя этого народа — не истинные пастыри и учителя, они сами слепцы и не только не просвещают народ, но еще больше развращают его. "Жатвы много, а делателей [работников] мало" (Матф. 9:37), — величественный и всем понятный образ. Поле, покрытое спелой пшеницей, надо жать, но жнецов мало. Смысл этих слов таков: велико число народа, желающего вступить в Царство Мессии и уже готового для этого, но мало подготовленных для великого дела учительства. "Молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою" (Матф. 9:38); то есть просите Бога-Отца, чтобы Он способствовал образованию новых, приготовленных не в фарисейском духе деятелей для проповеди о наступающем Царстве Мессии. Во время этого шествия Господа с проповедью по Галилее, Его сопровождали и некоторые женщины, облагодетельствованные Им так или иначе, и которые из чувства благодарности служили Ему от имений своих. Они же следовали потом за Господом на Голгофу и составили тот лик женщин-мироносиц, которых прославляет св. Церковь.

Христос посылает Апостолов на проповедь

(Матф. 10:1-42; Марк. 6:7-13; Луки 9:1-6, 12:11-12)

Жалея все эти массы народа, не имеющие пастыря, и не имея возможности всех и всегда водить за Собой, Господь посылает на проповедь им Своих учеников, это послание отличается от того, которое последует за воскресением Христа. Тогда Господь пошлет Апостолов во весь мир проповедовать Евангелие "всей твари" и вводить все народы в Его Царство через таинство крещения, уча вере во Христа. Теперь же Господь послал их только "к погибшим овцам дома Израилева" (Матф. 10:6), то есть к одним евреям. Он повелевает Апостолам проповедовать лишь то, что "приблизилось Царство Небесное" (Матф. 10:7). Эта проповедь подготовительная, поскольку Апостолы еще не облеклись силою Свыше, данной им впоследствии, через сошествие Утешителя — Духа Святого. Господь посылает Апостолов по двое, чтобы они могли поддержать друг друга, и для того, чтобы евреи больше верили их свидетельству, так как закон Моисея гласил, что свидетельство двух есть истинно (Иоан. 8:13; Втор. 19:15). Зная, что от Апостолов будут требовать знамений в доказательство истинности их проповеди, Господь наделил их властью над нечистыми духами и силой исцеления и воскрешения мертвых. Ради успеха проповеди Он предостерегает их от сребролюбия и от всякой заботы о пище, одежде и жилье, говоря, что "трудящийся достоин пропитания" (Матф. 10:10), и, следовательно, Бог не допустит, чтобы служители Его, отвлекаясь от всякой заботы о себе, ради вверенного им служения, были бы лишены необходимого для жизни. В каждом городе или селении они должны были останавливаться лишь в таком доме, где их пребывание не могло бы вызвать нареканий, чтобы, как говорил бл. Иероним, "недоброю славой принявших Апостолов не посрамить самой проповеди", и не переходить из дома в дом, как свойственно людям легкомысленным. "Входя в дом, приветствуйте его, говоря: мир дому сему!" (Матф. 10:12). Такое приветствие было обычным у евреев, но желать мира — это еще не значит дать его. Поэтому Господь поясняет, что их желание мира действительно принесет мир тому дому или городу, где примут их радостно и с чистым сердцем; в противном же случае приветствие останется бесплодным, и "мир ваш к вам возвратится" (Матф. 10:13)
Далее Господь говорит, что если где откажут Апостолам в гостеприимстве, они должны будут отряхнуть прах с ног своих. Евреи думали, что самая земля и пыль, по которой ходят язычники, нечиста, и ее надо отрясать с ног, чтобы самому остаться чистым; и, давая такое повеление, Христос хотел сказать, что такие евреи подобны язычникам и что "отраднее будет земле Содомской и Гоморрской [наказанным в свое время за бесчестие и разврат] в день суда, нежели городу тому" (Матф. 10:15; ср. Марк. 6:11), который откажется принять проповедь Апостолов; что отвергшие проповедь о Христе, как закон Божий, преступнее тех, кто не знал закона Божья и отверг лишь требования естественного закона, не столь уж и ясного и категоричного.
Первоначально Господь посылает Своих Апостолов только к евреям, потому что они считались избранным народом Божьим, которому Мессия был обещан еще ветхозаветными пророками и среди которого Он явился. Далее следуют наставления, относящиеся к Апостольскому служению вообще. Господь предупреждает их о тех опасностях, которым Апостолам придется подвергаться: они будут чувствовать себя беззащитными, будто овцы, окруженные волками. "Будьте мудры, как змии, и просты, как голуби", (Матф. 10:16) — говорит Господь. То есть будьте осторожны и без крайней необходимости не подвергайте свою жизнь опасности, разглядите, где надлежит сеять слово Божье, а где лучше воздержаться, по заповеди "не давайте святыни псам"; но в то же время будьте таковы, чтобы никто не мог вас упрекнуть в предосудительном, будьте понятны людям.
Господь предрекает, что Апостолам придется свидетельствовать о Нем и перед владыками и царями, имея уже в виду не это их временное посольство, а будущую, всемирную, уже апостольскую их деятельность, что им, апостолам, придется в будущем подвергнуться многим преследованиям и гонениям. Не следует тревожиться, предупреждает Господь, и предаваться раздумью, что и как говорить на предстоящем суде, поскольку Сам Святой Дух будет внушать необходимые слова; а ненависть к евангельской проповеди и к проповедникам и исповедникам ее будет столь сильна в людях мира сего, названых выше волками, что перед ней не устоят даже самые крепкие и священные для человека узы родства. Все это точно исполнилось в эпоху гонений на христиан, когда, действительно, брат предавал на смерть брата и когда все истинные последователи Христа испытали на себе самую лютую ненависть врагов христианства. "Претерпевший же до конца спасется" (Матф. 10:22) — предрек Господь, имея в виду то, что выдержавший до конца, до смерти, и не отрекшийся от Христа достигнет вечного блаженства в Царствии Небесном. Сами же Апостолы, добавил Господь, не должны жертвовать своими жизнями неосмотрительно, поскольку в них — спасение великого множества других, а потому, если их гонят в одном городе, не возбраняется им бежать в другой. "Не успеете обойти городов Израилевых, как придет Сын Человеческий" (Матф. 10:23). Здесь речь идет не о втором славном пришествии Христа на суд при кончине мира. Пришествие Иисуса Христа во Царствии Своем есть то же, что открытие этого Царства, а открытие Царства Христа совершилось Его воскресением и ниспосланием Святого Духа на Апостолов, после чего они пошли уже во весь мир с проповедью об открытии этого Царства. Это изречение Господа имеет такой смысл: Апостолы не успеют обойти с проповедью о приближении Царства Христа всю Палестину, как уже наступит час открытия Его Царства через Его страдания, воскресение из мертвых и ниспослание Святого Духа. Господь указывает Апостолам на краткость времени, находящегося в их распоряжении, поскольку уже приближался час крестных страданий и Его отхода из этого мира. Отправляя Апостолов на предварительную проповедь, которая могла быть полезна им самим, как, по св. Златоусту, "некое училище ратоборства, в котором они подготовили бы себя к подвигам евангельской проповеди в целом мире" (Толк. на Матф. 32). За свой труд, предупредил так же Господь, Апостолы не должны ожидать почестей, а наоборот, должны быть готовы к оскорблениям, поскольку, уж если евреи Самого Господа грубо поносят и называют Его Веельзевулом, то тем паче будут поносить учеников Его: "Ученик не выше учителя, и слуга не выше господина своего" (Матф. 10:24). "Не бойтесь их [врагов]: ибо нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, что не было бы узнано" (Матф. 10:26), — сказал Господь Апостолам; то есть, не следует бояться клеветы: вера и невинность со временем откроются ясно.
"Что говорю вам в темноте, говорите при свете; и что на ухо слышите, проповедуйте на кровле" (Матф. 10:27); здесь Господь имеет в виду следующее: то, о чем Он беседовал с Апостолами наедине и в небольшом углу Палестины, они должны будут проповедовать по всему свету, всенародно, с кровель домов. "Не бойтесь убивающих тело, души же убить не могущих" (Матф. 10:28), поскольку без воли Божьей ничего не случится, так как промысел Божий простирается на все, даже на малых птиц и на количество волос на голове человека. "Не две ли малые птицы продаются за ассарий?" (Матф. 10:29; ассарий — 1/10 часть динария, около 2 копеек)
Того, кто, невзирая на клевету и гонения, будет твердо исповедовать Христа перед людьми, и Христос исповедует, как верного раба Своего, на суде перед Отцом Небесным. И отвернется Он от тех, кто отвернется от Него. "Не мир пришел Я принести на землю, но меч" (Матф. 10:34); эти слова не нужно понимать буквально, смысл их тот, что несогласие и вражда между людьми являются непременным и необходимым следствием пришествия Господа на землю, так как людская злоба поднимет ожесточенную войну против Царства Божья, его последователей и проповедников. "И враги человеку — домашние его" (Матф. 10:36); то есть ради служения Христу надо жертвовать всеми земными привязанностями, даже семейной любовью. "И кто не берет креста своего и не следует за Мной, тот недостоин Меня" (Матф. 10:38; ср. Луки 9:23), — образ взят из римского обычая, по которому осужденные на распятие сами должны были нести свой крест до места казни; эти слова Господа означают, что мы, став учениками Христа, должны во Имя Его мужественно переносить всякие испытания и страдания, даже самые тяжкие и унизительные, если Богу будет угодно послать их нам.
"Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее" (Матф. 10:39; ср. Луки 9:24): тот, кто блага земной жизни предпочитает благам Царствия Небесного, кто жертвует будущими благами ради благ земных, кто идет даже на отречение от Христа, чтобы только сберечь свою земную жизнь, тот погубит душу свою для жизни вечной; а тот, кто жертвует ради Христа всем, вплоть до самой жизни своей, убережет душу для жизни вечной.
Наставляя и утешая Апостолов, Господь Иисус Христос упомянул и о той награде, какая ожидает всех, которые примут их во Имя Его: "Кто принимает вас, принимает Меня; а кто принимает Меня, тот принимает Пославшего Меня" (Матф. 10:40) Дальнейшие слова значат, что тот, кто примет Апостолов, как пророков и как праведников, получит награду, какую получают пророк или праведник; и если даже кто-то напоит учеников Христа, томимых жаждой, хотя бы чашкой холодной воды, тот тоже не останется без награды.
Окончив наставления 12-ти Апостолов, Иисус пошел проповедовать по городам Галилеи, а Апостолы, разделившись по двое, пошли по селениям "И проповедовали покаяние" (Марк. 6:12). По ответу Апостолов на вопрос Господа, заданный Им уже на Тайной вечере (Луки 22:35), можно видеть, что во время этой проповеди своей они не имели нужды ни в чем необходимом. По-видимому, собрались они все вновь к Господу, когда Он узнал о смерти Иоанна Крестителя.

Усекновение головы Иоанна Крестителя

(Матф. 14:1-12; Марк. 6:14-29; Луки 9:7-9)

Евангелисты описывают это событие в связи с тем, что четверовластник Ирод-Антипа возымел мнение, будто Иисус Христос — это восставший из мертвых Иоанн Креститель. Хотя св. Лука и не передает нам всего повествования, но поясняет вкратце, что мысль эта возникла впервые не у Ирода, и он склонился к ней лишь позднее, под впечатлением разговоров с окружающими.
У евреев не было обычая праздновать дни рождения. Но Ирод однажды на день своего рождения, подражая восточным царям, устроил большой пир для вельмож, тысяченачальников и старейшин галилейских. По обычаям Востока женщины не могли присутствовать на пиршестве, и только рабыням дозволялось плясать перед мужчинами. Однако Саломея, достойная дочь своей развратной матери Иродиады, с которой незаконно сожительствовал Ирод, пренебрегла обычаем и, выйдя к пирующим в легкой одежде танцовщицы, так воспламенила Ирода своим сладострастным танцем, что он клятвенно пообещал выполнить все, чего бы она ни попросила. Саломея вышла из зала посоветоваться с матерью, не участвовавшей в пиршестве, и та, не колеблясь ни минуты, ответила, что самым дорогим подарком для нее будет смерть ненавистного Иоанна Крестителя — обличителя ее преступной связи с Иродом. Она потребовала: "Главы Иоанна Крестителя". Но сам Ирод, с одной стороны боялся народа, а с другой — уважал Крестителя, как "мужа праведного и святого" и даже "многое делал, слушаясь его" (Марк. 6:20); поэтому, боясь, что обещание не будет выполнено, Иродиада внушила дочери, чтобы та потребовала немедленной казни. "Хочу, чтобы ты дал мне теперь же на блюде голову Иоанна Крестителя" (Матф. 14:8), — потребовала Саломея у Ирода. "Царь опечалился, но ради клятвы и возлежавших с ним не захотел отказать ей" (Марк. 6:26; ср. Матф. 14:9). То есть Ирод не хотел казнить Иоанна, но из самолюбия и ложного стыда не захотел нарушить клятвы и послал своего оруженосца отсечь голову пророку и принести ее пирующим на блюде. Надо полагать, что пир этот происходил не в Тивериаде — обычной резиденции Ирода, а в его заиорданской резиденции, в Юлии, откуда было недалеко до крепости Махера, в которой содержался Иоанн; или, может быть, пир происходил и в самой крепости.
Предание гласит, что Иродиада долго издевалась над головой Крестителя: колола иголкой его язык, обличавший ее в распутстве, а тело приказала выбросить в один из оврагов, окружавших Махер. Ученики Иоанна подобрали обезглавленное тело и, как свидетельствует Марк, положили его во гробе, в пещере. По преданию, то была пещера, в которой были погребены пророки Авдий и Елисей, неподалеку от города Севасты, построенного на месте прежней Самарии. Печальное событие обезглавливания Иоанна Крестителя св. Церковь отмечает ежегодно 29-го августа, установив в этот день строгий пост. Ирод же понес достойное наказание: потерпел полное поражение на войне, а, отправившись в Рим, был лишен всех привилегий и имений и заточен вместе с нечестивой Иродиадой в темницу в Галии, где и умер. А однажды зимой на реке под Саломеей подломился лед; она провалилась по самую шею в воду, и льдом же ей оттерло голову.
Совершив погребение своего учителя, ученики Иоанна возвестили о произшедшем Господу Иисусу Христу, ища, вероятно, утешения и одновременно желая предупредить Его о возможной опасности, поскольку как раз в то время Он проповедовал в области, подвластной Ироду. Евангелист Марк передает нам, что к этому сроку и Апостолы собрались к Господу, поведав Ему обо всем, что успели сделать и чему научили.
Узнав о насильственной смерти Крестителя, Господь удалился в пустынное место. По-видимому, в тот момент Он находился где-то поблизости от Геннисаретского озера, так как Он "удалился оттуда на лодке" (Матф. 14:13). Это пустынное, то есть мало обитаемое, место находилось, по св. Луке, близ города Вифсаиды. Св. Лука также добавляет, что Ирод под влиянием слухов и толков подумал, будто Иисус Христос — это Иоанн Креститель, воскресший из мертвых, и "искал увидеть Его" (Луки 9:9)

Чудесное насыщение пяти тысяч людей

(Матф. 14:15-21; Марк. 6:32-44; Луки 9:10-17; Иоан. 6:1-15)

Об этом чудесном событии рассказывают все четыре Евангелиста, причем св. Иоанн увязывает его с учением Господа о хлебе небесном и о таинстве причащения Тела и Крови Его и дает нам важное хронологическое указание, что все это происходило в то время, когда "приближалась Пасха, праздник Иудейский" (Иоан. 6:4), третья Пасха служения Господа.
Получив известие о смерти Иоанна Крестителя, Господь Иисус Христос удалился из Галилеи вместе с Апостолами, только что возвратившимися из своего проповеднического путешествия. Они переплыли на лодке на восточную сторону Тивериадского озера в пустынное место близ города Вифсаида. Так как одна Вифсаида находилась на западном берегу, около Капернаума, то здесь, надо полагать, подразумевается другой город, Вифсаида-Юлия, располагавшийся на востоке от впадения Иордана в Геннисаретское озеро. По рассказу Евангелиста Марка, народ, разглядев, куда направляется Господь со Своими Апостолами, "бежали туда пешие из всех городов и предупредили их, и собрались к Нему" (Марк. 6:33). Увидев множество народа, какое собралось к Нему, Господь сжалился над ними, "потому что они были, как овцы, не имеющие пастыря; и начал учить их много" (Марк. 6:34), рассказывал им о Царствии Божием (Луки 9:11) и исцелял больных (Матф. 14:14). Спустя некоторое время, Он, согласно св. Иоанну, взошел на гору и сидел там со Своими учениками, когда увидел, что множество народа идет к Нему. День уже начал склоняться к вечеру. Тогда все Апостолы подошли к Нему и сказали: "Место здесь пустынное, и время уже позднее; отпусти народ, чтобы они пошли в селения и там купили себе пищи" (Матф. 14:15; ср. Марк. 6:35-36; Луки 9:12). Но Господь не захотел отослать народ от Себя и сказал ученикам: "Не нужно им идти, вы дайте им есть" (Матф. 14:16; ср. Марк. 6:37; Луки 9:13)
Тут же испытывая веру Апостола Филиппа, Господь спросил его: "Где нам купить хлебов, чтобы их накормить?" (Иоан. 6:5), на что Филипп ответил: "Им на двести динариев недовольно будет хлеба, чтобы каждому из них досталось, хотя понемногу" (Иоан. 6:7). Подобное говорили и остальные ученики. Тогда Господь сказал: "Сколько у вас хлебов? Пойдите, посмотрите" (Марк. 6:38). Они узнали, и Андрей ответил Ему: "Здесь есть у одного мальчика [вероятно, торговца съестными припасами, сопровождавшего толпу] пять хлебов ячменных и две рыбки; но что это для такого множества?" (Иоан. 6:9). Тогда Иисус сказал: "Рассадите их рядами по пятидесяти" (Луки 9:14; ср. Марк. 6:39-40). И народ сел тут же на зеленой траве по сто в одном направлении и по пятидесяти — в другом, поперечном первому. Таким образом, удалось сосчитать их всех, и оказалось, что кроме женщин и детей, набралось 5 000 (Матф. 14:21; Марк. 6:44; Луки 9:14; Иоан. 6:10)
Взяв, пять хлебов и две рыбы, Господь воззрел на небо, воздал благодарение (Иоан. 6:11), благословил их (Луки 9:16), переломил и дал ученикам, чтобы они раздали народу; так же разделил Он и две рыбы на всех (Марк. 6:32; Иоан. 6:11). "И ели все и насытились" (Матф. 14:20; Марк. 6:42; Луки 9:17). Когда же все насытились, Господь велел ученикам Своим собрать оставшиеся куски, чтобы ничего не пропало; и было собрано 12 полных коробов.
Евангелист Иоанн сообщает нам, что люди, видевшие это чудесное насыщение пяти тысяч народа, сказали: "Это истинно Тот Пророк, Которому должно прийти в мир" (Иоан. 6:14); они хотели прийти, неожиданно взять Иисуса и, воспользовавшись скорым наступлением праздника Пасхи, увлечь Его в Иерусалим и провозгласить там всенародно царем. Но Господь, конечно, не хотел потакать ложным представлениям о Мессии как о земном царе. Он повелел ученикам отправиться на западную сторону озера, а Сам, успокоив взволнованных чудом людей, отпустил их и "Удалился на гору один" (Иоан. 6:15), чтобы помолиться.

Хождение Господа по водам

(Матф. 14:22-36; Марк. 6:45-52; Иоан. 6:16-21)

Понуждаемые Господом отправиться на западную сторону Геннисаретского озера, ученики вошли в лодку и отплыли. Наступила тьма, "дул ветер, и море волновалось" (Иоан. 6:18), "лодка была уже посередине моря [то есть озера], и ее било волнами" (Матф. 14:24), а Господа не было с ними; Он остался один на земле, но "увидел их бедствующих в плавании" (Марк. 6:48). Они были "около двадцати пяти или тридцати стадий" (Иоан. 6:19) от восточного берега. Было время около четвертой стражи, то есть приближался рассвет, и вдруг Апостолы увидели Иисуса, Который шел к ним по морю "и хотел миновать их" (Марк. 6:48). Они подумали, что это призрак и закричали от страха, но Господь успокоил их словами: "Ободритесь; это Я, не бойтесь!" (Матф. 14:27; Марк. 6:50; Иоан. 6:20)
Апостол Петр, обладавший пылким темпераментом, загорелся желанием пойти навстречу Господу и спросил повеления на это, на что Господь ответил: "Иди" (Матф. 14:29). Петр вышел из лодки, и сила веры его совершила чудо — он пошел по воде. Однако сильный ветер и бушующие волны отвлекли внимание Петра от Иисуса: охвативший его страх поколебал веру, и Петр стал тонуть, завопив в отчаянии: "Господи! Спаси меня!" (Матф. 14:30). Господь тотчас же простер руку, чтобы поддержать его, и сказал: "Маловерный! Зачем ты усомнился?" (Матф. 14:31). Как только "они вошли в лодку, и ветер утих" (Матф. 14:32), и "тотчас лодка быстро пристала к берегу, куда плыли" (Иоан.6:21). Тогда все, бывшие в лодке, подошли к Иисусу и сказали: "Истинно Ты Сын Божий" (Матф. 14:33)
Когда Иисус сошел на берег, Его сейчас же окружили жители того места: они узнали Его и оповестили все окрестные селения и принесли к Нему всех больных. Вера в чудесную силу, исходившую от Господа, была настолько сильна, что жители того места, где Он высадился, просили лишь позволения прикоснуться к Его одежде, и прикоснувшиеся — исцелялись.

Беседа о хлебе небесном

(Иоан. 6:22-71)

Чудесный переход Господа через Геннисаретское озеро вызвал удивление у народа, уже вкусившего чудесно умноженные хлебы. Об этом повествует нам один Евангелист Иоанн, который, вслед за тем передает и замечательную беседу Господа о Себе, как о хлебе, сошедшем с небес, раскрывая в этой беседе учение о необходимости причащения Тела и Крови Его для спасения.
Люди, зная, что Господь не сел в лодку с учениками, искали Его в пустыне и, найдя Его уже на другой стороне озера, поучающим в капернаумской синагоге, расспрашивали с удивлением, когда Он успел приплыть сюда? Господь оставил этот вопрос без ответа, но сделал его поводом к пространной беседе о Себе, как о Хлебе Жизни. Начал Он беседу с того упрека евреям за то, что они во всем, даже в следовании за Ним, остаются рабами своей чувственности. "Ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились"; то есть не потому, что уразумели в чудесах благость Божию, подающую вечные и нетленные блага, а потому что совершенным накануне чудом удовлетворен был голод так же, как остальными чудесами прекращались другие страдания тела; но никто не заботится об удовлетворении потребностей духа, ради чего, собственно, Христос и пришел на землю. "Я есть хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда", — этот упрек Господа направлен против всех тех, кто считает христианство ценным лишь постольку, поскольку оно полезно для благоустройства нашей временной земной жизни. "Старайтесь не о пище тленной", погибающей вместе с телом, "Но о пище, пребывающей в жизнь вечную", то есть о той, которая пребывает вечно и послужит жизни вечной. Эту пищу "Даст вам Сын Человеческий", — говорит дальше Господь, — "Ибо на Нем положил печать Свою Бог Отец". Под "печатью" нужно понимать те знамения и чудеса, которые творил Христос по воле Отца. Возбуждаемые упреком иудеи спросили Его: "Что нам делать, чтобы творить дела Божии?" Они поняли, что в словах Господа содержится требование нравственных действий с их стороны, но не поняли, каких именно. На это Господь, вместо множества дел угождения Богу по закону Моисея, указывает им на одно только дело: "Вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал". Это — главное Богоугодное дело, без которого невозможна Богоугодная жизнь вообще, поскольку в нем, как в семени, содержатся все дела, угодные Богу. Поняв, что Иисус называет Себя "Посланником Божьим", иудеи отвечают, что для такой веры в Него, какую имели израильтяне в Бога и в Моисея, пророка Его, мало тех знамений, какие Он творит.
Вот доказательство того, насколько ненадежна вера, основанная лишь на чудесах: она требует все больших и больших чудес. И иудеи уже не довольствуются тем, что Христос накормил пять тысяч человек пятью хлебами, а требуют большего чуда, что-нибудь вроде манны небесной, посланной им во время сорокалетнего странствования по пустыне. На это Господь говорит, что это чудо, совершенное Богом через Моисея, гораздо менее важно, чем то, которое совершает Он через Мессию-Иисуса, давая им уже не призрачную манну, а "Истинный хлеб с небес". Этот хлеб "дает жизнь миру". Но под словами Господа о хлебе иудеи понимают хлеб чувственный, физический, хотя и какой-то особенный, и они выражают желание всегда получать такой хлеб. В этом слишком выражено плотское направление их мыслей и представлений о Мессии, как о чудотворце и не более. Тогда Господь прямо и решительно раскрывает им учение о Себе, как о "хлебе жизни", говоря, что Он есть тот хлеб, "Который сходит с небес и дает жизнь миру", что приходящий к Нему не будет алкать, и верующий в Него не будет жаждать никогда. Со скорбью отмечает Господь, что иудеи не веруют в Него, но это, однако не помешает осуществлению воли Отца Небесного: все, ищущие спасение через Господа, "приходящие к Нему", станут наследниками основываемого Им Царства Мессии, все они будут воскрешены Им в последний день и сподобятся жизни вечной. Иудеи меж тем недоумевают и с ропотом обсуждают между собой, как это Иисус может говорить, что Он сошел с небес, когда они все знают Его земное происхождение. Господь объясняет их ропот тем, что они не находятся в числе тех избранников Божьих, которых Бог Отец благодатною силой Своей привлекает к Себе. Без этого благодатного призвания нельзя уверовать в Мессию — Сына Его, посланного Им на землю спасать людей. Этой мыслью, однако, не уничтожается идея о свободе воли у человека.
Как писал Феофилакт: "Бог Отец привлекает тех, кто имеет способность, по их соизволению; а тех, кто сам себя сделал неспособным, не привлекает к вере. Как магнит привлекает не все, к чему приближается, а одно лишь железо, так и Бог, приближаясь ко всем, привлекает только тех, кто способен обнаружить некоторое родство с Ним". Господь как бы говорит: "ропщите не на Меня, а на себя за то, что неспособны уверовать в Меня, как в Мессию".
Все ветхозаветные книги свидетельствуют о пришествии Христа, и тот, кто сознательно изучает их, не может быть не научен Богом и не принять посланного Им Мессию-Христа. Учение, данное Богом, не есть лицезрение Бога, поскольку видел Бога Отца только Тот, кто Сам от Него, то есть Он — Мессия-Христос. Учится как бы непосредственно у Самого Бога тот, кто внимательно, с верой изучает Писание, так как главный предмет Писания — Христос. "Я — хлеб жизни", — говорит о Себе дальше Господь; не бездушный, какой была манна, а живой хлеб. Манна кормила только тело, а потому те, кто ел ее, умерли; действительный же Хлеб, сходящий с небес, таков, что все, кто будет есть Его, не умрет, но обретет жизнь вечную. И этот Хлеб — Сам Господь Иисус Христос. Еще более ясно и определенно говорит Господь дальше: этот Хлеб, сошедший с небес, есть Плоть Его, Которую Он отдает за жизнь мира; здесь Он имеет в виду Свою предстоящую крестную смерть на Голгофе во искупление грехов всего человечества. Здесь, в связи с приближающимся праздником Пасхи, Господь учит о Себе, как об истинном Агнце пасхальном, берущем на Себя грехи всего мира.
Агнец пасхальный был только прообразом Агнца-Христа, — под этим понятием Господь хотел показать Своим слушателям, что время прообразов проходит, так как явилась Сама Истина в Его лице: вкушение пасхального агнца заменится в Новом Завете вкушением Тела Христова, принесенного в жертву за грехи всего мира. Иудеи, поняв слова Господа буквально, пришли в недоумение и начали спорить между собой по поводу этих слов: "Как Он может дать нам есть Плоть Свою?" Поняли они эти слова именно буквально, а не иносказательно, как хотят рассматривать их современные сектанты, отрицающие Таинство Причащения, подающего благодатное соединение с Христом. Господь же, чтобы пресечь их спор, повторяет решительно и категорично: "Истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пьющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день". Здесь Господь уже во всей полноте и ясности раскрывает Свое учение о необходимости причащения Его Тела и Крови для спасения вечного. При исходе евреев из Египта, кровью закланного тогда агнца мазали косяки и пороги жилищ еврейских во спасение первенцев их от руки Ангела-истребителя (Исх. 12:7-13). А при заклании пасхального агнца, при храме кровью его окроплялись пороги алтаря, напоминавшие пороги и косяки еврейских жилищ. На пасхальной вечере кровь эту символически заменяли вином. Так как пасхальный агнец являлся прообразом Христа, как и избавление евреев от египетского ига послужило прообразом искупления мира, то в словах Христа о том, что для вечной жизни необходимо "есть Плоть Его и пить Кровь Его" надо видеть замену ветхозаветного агнца Плотью Христовой и символического вина — Кровью Его. Это и есть Новая Пасха, которую Господь пророчески изображает в беседе.
Смысл слов Христа, следовательно в том, что кто хочет уразуметь искупление, совершаемое Христом в Его крестной смерти, тот должен вкушать Его Плоть и пить Его Кровь. А иначе он не станет участником этого искупления, не будет иметь в себе жизни вечной, то есть пребудет в отчуждении от Бога, что, собственно, является вечной смертью. Тело и Кровь Господа, по Его словам, есть истинная пища и истинное питье, поскольку только они сообщают человеку жизнь вечную. Это происходит оттого, что они дают вкушаемому и пьющему самое тесное внутреннее общение с Христом, таинственное соединение с Ним (56). Через это таинство впадшему в грех человеку дается, таким образом, прививка новой жизни. Как садовник, делая дерево плодовым, прививает ему отросток другого дерева, так и Христос, желая сделать нас причастными к Божественной жизни, Сам входит телесно в оскверненное грехом тело наше и полагает начало внутреннему преображению и освящению, делая нас новой тварью.
Для спасения недостаточно только верить в Христа, надо слиться с Ним воедино, пребывать в Нем, чтобы и Он пребывал в нас, а это и достигается посредством Таинства причащения Тела и Крови Его. Эти слова Господа были, однако, столь необычны для слуха иудеев, что на этот раз не только враги Его, но и несколько из учеников Его соблазнились, сказав: "Какие странные слова! Кто может это слушать?" Господь же прочел мысли их и чувства и ответил: "Это ли соблазняет вас? Что ж, если увидите Сына Человеческого, восходящего туда, где был прежде?" Здесь Господь имеет в виду, как же соблазнятся они, увидев Его, распятым на кресте! Далее Господь поясняет, как правильно нужно понимать Его слова: "Дух оживотворит; плоть не пользует нимало. Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь". То есть, слова Христа надо понимать духовно, а не чувственно-грубо, будто Он предлагает Свою Плоть подобно мясу животного для утоления чувственного голода.
Господь как бы говорит, что Его учение не о мясе и не о яствах, питающих телесную жизнь, но о Божественном Духе, о благодати и о жизни вечной, которая строится в людях благодатными средствами. Говоря "Плоть не пользует нимало", Господь сказал не о Плоти Своей, — отнюдь, нет, — но о тех, кто понимает Его слова лишь чувственно. Что значит понимать чувственно? Смотреть на предметы просто и не думать больше ни о чем, только об удовлетворении своих естественных потребностей. Это значит принимать жизнь чисто физически или чувственно. Но не так должно судить о видимом. Надо внутренним взором оглядывать все его тайны. Это значит понимать жизнь духовно (Златоуст). Плоть Христа, разобщенная с Его духом, не могла бы животворить; и понятно, конечно, что в словах Господа речь идет не о бездушной и безжизненной Его Плоти, а о Плоти, соединенной с Его Божественным Духом.
"Но есть из вас некоторые неверующие". Конечно, трудно без содействия благодати Божьей веровать в Божество уничиженное. Как видно дальше, Господь в этих словах заключил и первое указание на Иуду-предателя. Учение о св. Евхаристии было и будет всегда пробным камнем веры в Христа. Много есть людей, восторгающихся нравственным законом Христовым, но не понимающих необходимости единения с Христом в этом таинстве. Между тем, без таинства соединения с Христом, без привития Его "ростка" невозможно в жизни своей следовать и нравственному закону, так как это выше естественных человеческих сил. Вот почему многие, как говорит Евангелие, после этой беседы отошли от Христа, тем более, что беседа это шла в разрез с чувственными представлениями иудеев о Мессии. Тогда Господь, испытывая веру в Себя ближайших Своих учеников, двенадцати Апостолов, спросил, не хотят ли и они отойти от Него? Но Петр Симон от лица, конечно же, всех остальных произнес в ответ великое исповедание веры в Господа, как в "Христа, Сына Бога Живого". Господь, однако, заметил, что не все двенадцать так веруют и что один из них — дьявол; не в собственном, конечно, смысле, а как враг Христа и Его дела. Этим Господь хотел сделать предупреждение самому Иуде, заранее зная, что тот замышляет предать Его. На праздник Пасхи Господь не пошел в этот раз в Иерусалим, так как иудеи искали убить Его (Иоан. 7:1), а час крестных страданий Господа еще не наступил.

 

 

 
На главную
Религии мира
 
«Поделиться этой информацией с друзьями»

Данные кнопки помогают Вам быстро делиться интересными страницами в своих социальных сетяхи блогах. А также печатать, отправлять письмом и добавлять в закладки.

 
# ВКонтакте # Одноклассники # Facebook # Twitter # Google+ # Мой Мир@Mail.Ru # Отправить на email # Blogger # LiveJournal # МойКруг # В Кругу Друзей # Добавить в закладки # Google закладки # Яндекс.Закладки # Печатать #
Рейтинг@Mail.ru  
 
Яндекс.Метрика  
 
 
   
Copyright © Твой Храм. Все материалы расположенные на этом сайте предназначены для ознакомления.